Танцы под радиолло. История одной истории

Бегут некоторые несознательные переселенцы, отправленные партией осваивать новую советскую землю, бегут обратно на Родину. А такого позорного явления, сам понимаешь, мы допустить не можем. Надо дать решительный отпор отсталым настроениям. Поэтому поезжай, в этот Кёнигсберг, мать его. Напиши об этом статью. Помнишь, как ты с фронта про дезертиров писал? Вот также и здесь надо. Со всей своей журналистской ершистостью, как ты умеешь…

«А может и дотерплю», – Подпасков снова поменял ноги.

Главред присел на стол, положил руку на шевелящийся и рычащий карман: «Важная задача, поставленная перед тобой партией».

«Нет, не дотерплю», – Подпсков напрягся.

Подпасков посмотрел на портрет Сталина. Крамольная мысль родилась там, где у Подпаскова всегда зарождались мысли, за которые ему было потом стыдно – в животе, где-то чуть выше пупка. Он представил, как во время Курской битвы у Сталина идёт важное совещание. На важном совещании Сталину нужно принять важное решение, куда двигать полки и дивизии.

Генералы сидят, маршалы. Ждут. А Сталину надо пописать. Терпеть сил никаких нет. И вот он идёт и писает. А пока он писает, сотни людей умирают.

«Надо бы завязать с водкой», – подумал про себя Подпасков.

– Ты мне всю цепочку проследи. Изучи, как эти самые слухи живут. Кто их, мать их, рождает, как они в головах советских людей устраиваются, как мозг им сжирают, как из башки в башку переползают, чем кормятся, чем в гальюн ходят… – Главред говорил о слухах, как о живых.

– Внимательно изучи, Александр Сергеевич.

Сегодня эти слухи работают против Советского Союза, а завтра мы им сами работу найдём… Понял? Работать будешь вместе с товарищами из МВД. Ну иди, оформляй командировку… Вижу, ерзаешь весь. Не терпится?

– Не терпится. – честно сказал выскочивший из кресла Подпсков. Он пожал редактору руку, торопливо пошёл к выходу.

– Заткнись, сука! – вдруг заорал за его спиной редактор и с силой стал лупить себя по боковому карману пиджака. В кармане что-то визжало, гавкало, пищало.

Испуганные рыбки в аквариуме заметались от стены до стены. Из кармана редакторского пиджака выпрыгнула маленькая собачка. У собачки была голова Гитлера. Таких гитлеров-собачек Подпсков видел на карикатурах Кукрыниксов в «Правде». Собака-Гитлер больно схватила Подпаскова за ногу, порвав штанину.

– Гитля! – заорал главный редактор, – быстро на место!

Гитля ещё сильнее сжал челюсти. В дальнем углу кабинета ожил чугунный сталевар.