И снег будет падать на крышу

Вид у меня всё ещё был нездоровый и бледный. И хотя страшный синюшный оттенок больше не играл на моих губах, тени под глазами намекали, что я не в порядке.

Я уступила ванную бабушке, прошла в прихожую. Набрала номер телефона.

– Алло!

– Лора, это Марта. Настя дома?

– На парах. Что передать?

Я вздрогнула. Я совсем забыла, что учебный год уже начался, что Настя, в отличие от меня, поступила в институт, в тот самый технологический институт лёгкой промышленности, на то самое конструирование швейных изделий, о котором с детства мечтала.

И Димка, получив заслуженную медаль, с лёгкостью поступил в свою Бауманку, и Наташа прошла в свой педагогический, и даже Лёнька в свой МГУ. И только Жорик, дурак, провалился в ГИТИС и теперь такой же неудачник, как я. Только он пойдёт в армию, а куда пойду я, пока решительно неизвестно.

– Я позже позвоню, Лор.

Положив трубку, я вытянулась, повертелась на одной ноге, тщательно прислушиваясь к себе – не закружится ли голова; влетела, пританцовывая, в комнату бабушки и дедушки и, успокоенная, приземлилась в дедушкино кресло.

На дедушкином столе лежали очки, чей-то очередной автореферат и три билета в Малый.

Впереди у меня был целый учебный год.

***

– И как группа?

Настя фыркнула:

– Целых четыре мальчика.

Мы шли по Тверскому бульвару мимо нового здания МХАТа, и его огромные многоярусные фонари защищали нас от темноты. Насте новое здание не нравилось, а мне всё время хотелось прижаться к нему, словно это была широкая грудь моего города.

Прижаться и сказать, что я никуда отсюда не поеду.

Настя – маленького роста, смуглая, худая и тёмно-рыжая. Лисёнок лисёнком. Я рядом с нею – бледная, длинная дылда с тяжёлыми бёдрами. Насте и раньше непросто было подлаживаться под меня, медленную и флегматичную, а теперь, после болезни, я окончательно превратилась в сонную муху. Я искренне соскучилась по Насте, но мне стало непросто это выразить: с виду я тупа и рассеянна, и мне сложно даже вовремя задавать уточняющие вопросы.

– И самого симпатичного выбрали старостой. Его зовут Эдик.

– А Димка?

– Ну… Димка. Что Димка?

– Вы же с песочницы дружите…

– Ну… Дружим! Не обязательно же нам теперь жениться. Вот Лорка с Мишкой поженились сразу после школы, и что? Как поженились, так и разбежались! А мне теперь племянник спать не даёт. И мама говорит, что вторую акселератку в семье не потерпит. И вообще, мне учиться надо.

– Да… Учиться надо всем.

Мне тоже надо было учиться.