Кто он? Пока мы чувствуем – мы живы

Испуганная Натали направилась к источнику звука и увидела разъяренного Демьяна и выбитое дверное стекло.

– Герман, что случилось?

– Ната, успокойся. Демьян узнал о гибели товарища при тушении вулкана и, не сдержав эмоций, ударил по двери.

– Какой ужас!

– Пока что иди в комнату. Я все улажу и приду к тебе.

Герман проводил гостей и пришел к Натали.

– Ты уже отчасти знаешь Демьяна. Извини за его поведение. Он импульсивный человек. Давай лучше посмотрим, что же ты писала мне все это время.

Герман начал читать письма Наты, а она, покрасневшая, улыбалась, смотрела на него и понимала, как же сильно смогла полюбить.

– Одно письмо я дописать не успела. Может быть, это к лучшему, ведь, дописав его, я осталась бы наедине со своей бедой.

– Что? Расскажи.

– Я же только вернулась из Алабака. Результаты пока неизвестны, но, кажется, я успешно сдала все проверки.

– Конечно, сдала! Лучше всех сдала!

– Подожди. Если это так, то в августе нужно будет переезжать в Алабак. Я только осознала это и начала сомневаться в том, хочу ли я все это доводить до конца, ведь ты останешься здесь.

– Глупости! Ты можешь исполнить мечту, к которой прошла долгий и сложный путь. Я не дам тебе от нее отказаться. А я буду всегда рядом. Верь мне.

Натали вытерла сбежавшую из ее глаз слезу и положила голову на плечо Германа.

Август – традиционное время для звездопадов. Они стояли абсолютно одни, затерянные где-то в квадратах града, на балконе одной из знакомых панелек, а над ними темное небо в разноцветных разводах и рассыпанных по нему блестках.

– Так прекрасно! – восхищенно прошептала Наталия, разглядывая, как одна за одной мелькают яркие звездочки.

Герман не отводил глаз от своей любимой.

– Да, это чудо. Ната, ты заставила меня поверить, что судьба действительно хранит любовь для каждого. Она свела нас и никогда не разлучит.

В ту же секунду Натали прервала откровения Германа неразборчивыми выкриками:

– Ого! Ты это видел?! Но как же такое может быть.

Герман, не успев сообразить, что любимая пыталась донести, как она в буре эмоций поспешила раствориться в его объятиях. В тот момент Ната уже представила, как будет выглядеть ее новая картина.

Ничем не обремененное время. Первая любовь, чистая, единственная.