Медвежий капкан. Вселенная Единения. Том 2

– Я просто не понимаю, как можно хотеть лишить человека жизни, тем более за столь несерьезную ошибку, которую я совершила? Разве наказание адекватно проступку? Он – не человек!

– Я тоже этого не понимаю.

– А ты? Что сделал ты, Полди? Почему ты здесь?

– Я… я не знаю… вроде ничего такого. Ну, у Оборотня ведь свой взгляд на то, что можно делать, а что нельзя.

Думаю, Эмили мне не поверила. Она пристально посмотрела на меня, а потом отвела взгляд в сторону.

– Главное, помни: все будет хорошо! Мы обязательно выберемся! – добавил я.

– Я верю в это!

– Так и будет!

***

Уставшие, мы наконец вернулись на станцию.

Там нас встретила многочисленная группа людей – остальные десять человек. Мы тут же принялись с ними знакомиться.

Первым представился Эрих, рыжеволосый, внешне спокойный, молчаливый мужчина лет сорока, за ним – долговязый Карл, по ощущению, где-то под два метра ростом, и Лукас – наоборот, низкорослый, полноватый и разговорчивый. У него на груди висел деревянный крестик.

Единственная среди них девушка – студентка Грета Юргенс, как она нам представилась. Стройная и высокая, но с очень недовольным, даже надменным лицом, будто бы она презирала всё и всех.

Следующими представились Алоис – кудрявый парень возраста Греты, Назир – еще один беженец с Ближнего Востока, застрявший в Германии Нового порядка, и лысеющий Хьюго, которому перевалило за шестьдесят. Мужчина был настолько болтлив, что казалось будто он специально старался перебить любого, чтобы вставить свое слово.

Но что хуже всего – к каждому его слову тут же цеплялся Тилль.

Далее представились ничем не примечательный Вилли, который назвал только свое имя, и несовершеннолетний, а значит самый молодой из нас – Рейн.

Последним из «пропавших», как прозвал нас Оборотень, представился Гельмут – бородатый мужчина с блестящей, как бильярдный шар, лысой головой. Он держался в стороне от всех, сложа руки на груди, и оценивающе смотрел на остальных.

Где-то с полчаса мы впустую простояли на этой платформе, знакомясь и обсуждая, что нам дальше делать.

Хотя, на мой взгляд, нужно было постоянно двигаться – только так можно найти способ выбраться отсюда, не рискуя быть поджаренным на стене. Но никто, в том числе и я, не хотел искать выход самостоятельно, потому что держаться вместе было как-то спокойнее.

Смеркалось. Я выключил телефон, чтобы не посадить окончательно батарею, а значит, не знал, сколько сейчас времени.