Обнаружители Магии. Неприступная крепость

– Да, это я, – Агарвейн ткнула себя пальцем в доспех, а затем показала на кенку, – а ты?

– Агарвейн-охотница?

– Говорят, если курице отрезать голову, то она еще бегает без нее целых десять минут, – ухмыльнулась Октавия. – Интересно, его отпиленная башка тоже будет повторять твое имя как заведенная?

Птицелюд нервно задергался и снова замахал руками. Разговоры про отрубленные части тела его явно пугали.

– Помогай сэру Августу Бивербруку в любых начинаниях! – панически заверещал он голосом, звучание которого должно заставлять панически верещать других.

– Что-то я не припоминаю никого подобного со стоянки Ордена, – прошептал Августу Иоахим, – и вряд ли бы я такое пропустил.

– Со старейшиной Муком ты тоже не был знаком, – парировал рыцарь и наконец повернулся к кенку: – Приветствую тебя, волшебный зверь! Я сэр Август Бивербрук из Синего Предела, паладин Ордена Священного Дуба, защитник лесов, полей и рек и их обитателей! Скажи же, кто прислал тебя ко мне в подмогу?

Кенку неловко потоптался на месте и вместо ответа потянулся к походной сумке.

Несмотря на грозный оклик «Без фокусов!» от Октавии, он медленно вытянул кусок пергамента. Когтистой лапой птицелюд подцепил отскочивший от костра уголек и, ловко перекинув его себе в ладонь, начал рисовать.

За неимением лучших вариантов Обнаружители обступили загадочного визитера и сгрудились над ним, наблюдая, как на пергаменте появляется смазанный черный круг. Птицелюд завозил углем, и у круга появились толстые ноги, громадные бугристые руки и относительно небольшая голова.

Добавив голове по штриху с двух сторон, кенку приподнял лист над головой, показывая рисунок остальным.

– Похоже на козу, – пробормотал Иоахим.

– Какую козу? – усмехнулась Октавия. – Ты где коз на двух ногах видел?

– Похоже на козу, стоящую на двух ногах.

– Огромную козу, стоящую на двух ногах?

– С чего ты взяла, что она огромная? Слушай, ты… кенку, да. Подрисуй-ка себя еще рядом.

Птицелюд послушно изобразил фигурку с черным треугольником-клювом на голове. Октавия торжествующе хлопнула в ладоши.

– Я же говорила!

– Да, огромная коза, твоя правда, – вздохнул волшебник.

– Не хотел бы намекать вам на неправильность ваших выводов, но намекну, – фыркнул Август. – Изображенное этим зверем есть не что иное, как дуб.

Рыцарь тяжело склонился над рисунком и ткнул пальцем в идущие от черного круга отростки.