Бабушка Смерть. Рассказы. 2022—2023

Кто-то входил, кто-то выходил, но в итоге всякая работа остановилась, и в фойе собралась толпа.

– Считай, она уже здесь, – прохрипел загипсованный.

– Горлица летит в западную часть Ярославля, – голос диктора стал деревянным. На секунду его, диктора, показали: он завис над бумажным листом, вчитываясь в него, а сзади суетились какие-то люди.

– Мы как раз на западе, – ровным тоном заметил начмед.

– Хренасе, – послышалось из толпы.

– Птица кружит над Ленинским районом, – сообщил диктор.

Главврач вдруг вспотел.

Девушка-администратор покинула стойку, дошла до двери, выглянула.

– Вон она, вон! Смотрите!

Народ потянулся наружу. Действительно: белое пятнышко сосредоточенно описывало круги. Весеннее солнце слепило, и общество прикрылось ладонями.

Телевизор снова затараторил:

– Горлица зависает над домом под номером…

– Мать-перемать, – сказал похмельного вида детина и покачнулся.

Главврач опомнился.

– Дверь! – закричал он. – Закрывайте дверь, не пускайте ее!

Но сделать это быстро не удалось, на крыльце собралось слишком много людей.

Тем временем горлица уподобилась коршуну. Она спикировала камнем, впорхнула в предбанник и закружила под потолком.

– Кыш, проклятая! – обезумел главврач. – Кыш!

Начмед схватил какую-то тряпку, кто-то побежал за шваброй. Главврач бросил взгляд на экран и обнаружил, что все эти действия исправно дублируются камерой горлицы.

Птица на миг зависла, и с нее капнуло.

На плечо психиатру.

Доктор окаменел. Он скосил глаза, не понимая случившегося.

Вокруг него начала образовываться пустота. Он перевел взгляд на телевизор и увидел там себя, с лицом абсолютно тупым, как после удара.

Но вот он начал приходить в себя.

Взор его слегка прояснился. Плечи расправились. Губы дрогнули в слабой улыбке. Собравшиеся все расступались, а он обособлялся, заключаясь в невидимый кокон.

– У вас же полная запись, Иван Иванович, – жалобно произнес главврач. – Рабочий день, прием…

Психиатр медленно повернулся к нему.

Главврач попятился.

– Лучше бы вам отречься, Иван Иванович! Не обижайтесь, но запомните мои слова…

– Вам крышка, Николай Петрович, – промолвил узист. – И вам, – добавил он, обращаясь к начмеду.

Иван Иванович, светлея лицом, отвернулся и шагнул к двери.

Снаружи взвизгнули тормоза. Перед клиникой остановилась огромная черная машина, за ней – вторая, третья. В небе зарокотал вертолет. В предбанник вошли предельно решительные, но вежливые люди.