Всё начинается с женщины

Ещё не сняв трубку, он уже заранее знал, что услышит. И всё же когда больничная сестра сообщила о смерти матери, он не мог поверить в это. Нет, нет! Этого не может быть! – повторял он, понимая, что своим отрицанием не может вернуть её.

– Мама, мамочка, родная моя, как же я теперь без тебя буду один!

Рядом никого не было, и он мог, не сдерживаясь, предаться своему горю. Он положил трубку, опустился на стул рядом с письменным столом и, уткнувшись головой в ладони, заплакал, с тем же отчаянием с каким плакал в детстве, когда мама вынуждена была оставлять его по самой крайней необходимости.

Его привязанность к матери была необыкновенной. Все дети, вырастая, со временем перестают чувствовать эту связь. Но с ним этого не случилось, его привязанность не ослабла с годами. Как будто с рождения он был соединён с ней невидимой нитью. Он был хорошим, заботливым сыном. И даже когда престарелая мать слегла, и ему пришлось ухаживать за ней самому, он молил бога, чтоб она только жила. Спасением для него стал приезд младшей, тоже не молодой материной сестры.

А теперь он остался в одиночестве.

Он вспоминал, как хорошо ему было рядом с матерью. Жизнь, пугающая своей непредсказуемостью, возле матери казалась безмятежной. Что бы он ни натворил, она никогда не наказывала, а разве что только журила за его детские шалости и подростковую грубость. Осмысленно родив во «взрослом возрасте» для себя ребятёнка без мужа, она любила своего ангелочка больше жизни, надышаться им не могла. У неё сердце кровью обливалось от плача родного чада.

Она хватала его на руки, и нежно утешая, говорила: «Не плачь, я с тобой». Ради ребёнка она ушла с хорошей работы и устроилась в садик, лишь бы всегда быть при нём. Что и говорить, он стал для матери центром вселенной. Все надежды, все несбывшиеся мечты она возлагала на сыночка, поэтому для него предназначалось только самое лучшее.

Имя выбирали всей семьёй. Из предложенных, тех, что, по общему мнению, покрасивши: Эдик, Пашка и Генька, – матери не понравилось ни одно.

Сказала, он – моя жизнь, моё счастье, будет Виталиком. Отчество дали по дедушке – Николаевич.

Картины детства всплывали из памяти, и сердце ныло от этих сладостных воспоминаний. Виталий Николаевич перебирал отдельные эпизоды разных лет, пока не докопался до самых ранних воспоминаний, когда его, маленького, мать привезла в деревню, где жила вся её родня.

– Радость-то какая! Иди ко мне, кровиночка моя! – протянула к нему руки бабушка.