Зеркало Джека

– Джо Хорс, – он протянул руку и, приобняв меня за плечо, добавил: – Не жди поблажек из-за сходства со звездой, понял?

Рассмеявшись, он записал что-то в журнал, взял ключ от тринадцатого номера с полки за спиной и указал ладонью на лифт, располагавшийся за углом, так, чтобы массивная ржавая конструкция не бросалась в глаза гостям при входе в отель. Джо оказался приятной наружности, несмотря на грубую хромоту, он был открытым как книга, как принято говорить в подобных случаях. Управляющий отелем располагал к себе, был тем, кем являлся, не раздувая грудь.

Во всяком случае, таким Джо Хорса воспринимал утомленный мозг.

Лифт отеля не походил ни на один из тех, что мне когда-либо удавалось видеть и тем более испробовать. Решетчатая дверца, располагавшаяся на уровне пояса, захлопнулась, Джо нажал большую кнопку со стрелочкой вверх, и мы оторвались от пола. Кабина лифта, напоминавшая корзину воздушного шара, позволяла оглядеться вокруг: стойка регистрации уменьшалась, потолок становился все ближе.

– Не стоит высовывать голову, мой друг. Это может быть опасно, – сказал Джо. – Этот отель построен в середине сороковых годов, и, честно сказать, задумывался как госпиталь, а потом и пансионат для тяжело раненных, тех, кому лестница ни к чему.

Ни к чему. Джо со свойственной ему улыбкой подал мне крупицу истории этого места, надеясь сгладить неприятный подтекст. Однако его слова засели в моей голове. Когда-то на моем месте были изувеченные войной солдаты, доживающие переломанные жизни в кругу себе подобных.

Стоит вдохнуть глубже, как в память врезаются осколки судеб, их мучения и разложение в богом забытых стенах.

Актер должен чувствовать, пропускать через себя, словно рентгеновское излучение, атмосферу для детального изображения героев, оказавшихся в ней. Так говорил Станиславский. Роль нужно проживать, а не играть на сцене.

Картину представившегося мне места дополнил внезапный скрип. Джо что-то пробормотал. Лифт остановился. Наши головы поднялись на второй этаж, тогда как туловища оставались внизу.

Я вдохнул пыль расстилавшегося передо мной пола, ощутив хромые шаги пациентов, капли пота и испражнений, стекавших по ногам, словом, весь ужас начала существования отеля «Пристань».

– Такое иногда случается, – сказал Джо, надавливая на кнопку, чтобы сдвинуть с места старый механизм.

Спустя несколько нервных попыток лифт все же поддался. Я оказался перед дверью в свой номер, которую Джо Хорс любезно открыл.