Предновогодние хлопоты

Мужчины, один безусый, другой – усатый, оба в дорогих дублёнках и одинаковых ондатровых шапках, были удивительно похожи, явное родство выпирало из них. Безусый, открыв дверь машины, с заметным кавказским акцентом спросил:

– Шеф, отвезёшь человека в Московский район?

– Человека я всегда отвезу с удовольствием, но Московский район большой, – сказал Денисов, – куда именно?

–На улицу Ленсовета.

– А точнее?

– Ближе к «Звёздной». Да вы не бойтесь, мы нормальные люди. За двести рублей ничего будет?

Денисов не ответил.

Он бросил взгляд на часы, думая о том, что вернётся домой, если сейчас возьмёт пассажира, уже после двух часов ночи. Безусый приняв его раздумье за колебание, быстро проговорил:

– Двести пятьдесят…

И за двести рублей было вполне «ничего» – Денисов приглашающе кивнул.

– А я и не боюсь. Поехали.

Безусый полез в карман.

– Очень прошу, шеф, до подъезда только. До подъезда довезёте человека? Хорошо, да? Это брат мой старший, он в гости приехал, понимаете? Очень прошу вас, до подъезда довезите, – просительно проговорил он, протягивая деньги.

– Конечно, довезу. Какие проблемы? – пожал плечами Денисов.

–Только никого не берите больше. Очень прошу, хорошо?

– Это я вам точно могу гарантировать.

– Один секунд, – извиняюще произнёс безусый.

Прикрыв дверь машины, он обнял усатого. Некоторое время они так стояли, обнявшись, похлопывая друг друга по спине. Затем, стали жать руки, громко говоря по-азербайджански.

Денисов хорошо отличал этот язык от других кавказских языков: первые полгода армейской службы ему довелось провести на окраине Баку в посёлке Патамдар.

Когда казалось, что братья уже закончили прощаться, младший вдруг схватил старшего за руку и опять принялся что-то ему горячо говорить с просительным и укоризненным видом, периодически показывая рукой на дом, напротив которого они стояли.

Усатый, мягко улыбаясь, отрицательно качал головой, иногда отвечал, несколько раз произнеся громко слово «аэропорт».

Наконец они ещё раз обнялись. Усатый, кряхтя, уселся в машину, сказав: «Здравствуй, дорогой».

Но на этом затянувшееся прощание, увы, не закончилось. Провожающий брат открыл дверь, просунул голову в салон. Он так долго и укоризненно говорил, что старший брат не выдержал и с шутливой строгостью сказал ему на русском:

– Слушай, брат, хватит, да? Что ты меня, как девушку провожаешь! Человека тоже задерживаешь.