Поцелуй демона

От одной мысли о грядущем браке на нее снова накатила волна негодования. Не столько по поводу кандидатуры, хотя выходить замуж за старика с неясными пристрастиями далеко не предел мечтаний. Иветта сильно подозревала, что мистер Гверт проводил над своими жёнами какие-то опыты, недаром последняя была так изуродована. К тому же он и сам портальщик, хоть и слабенький. Значит, раскроет ее дар в полной мере… Тем не менее от одной мысли о том, что придется позволить к себе прикоснуться престарелому сластолюбцу, девушку передергивало.

Не вздумает ли он продолжить эксперименты над новой женой?

Конечно, она всегда может попытаться сбежать. Даже в неактивном виде ее дар был достаточно силён, чтобы построить простенький портал в ближайший город. Отец в свое время говорил, что родись она мальчиком, за нее передрались бы королевства. А так – ее удел питать силу мужа. Возможно, мистер Гверт как раз и лелеет мечту усилиться, потому и перебирает жён? Ему все равно, в каком виде ему отдадут Иветту, как ни иронично, ему важнее она сама.

Не о том мечтают экзальтированные девицы, ох не о том…

Сосед еще и приплатит, чтобы получить новую игрушку как можно скорее, а потому матушка не будет стесняться, заберёт все мало-мальски приличное из пошитых на заказ в лучшие времена нарядов.

Когда все сундуки будут укомплектованы, не преминет явиться Терисса, чтобы подразнить Иветту и пошарить в ее шкатулке с драгоценностями, под предлогом того, что ей на отборе пригодятся, а старшей сестре еще купит ее престарелый муж.

Если та, конечно, проживет достаточно долго.

Скрипнув зубами, девушка приоткрыла дверь и еще раз прислушалась. Тишина.

Пора.

До библиотеки она летела, почти не касаясь земли. Только прикрыв за собой тяжелую створку, Иветта позволила себе перевести дыхание. Ее все еще не обнаружили. Хорошо.

Теперь самое сложное.

Тяжелая рама чуть не вывернулась из дрожащих рук. Тайный стеллаж прятался за картиной с изображением того самого короля, на отбор к которому собиралась попасть Иветта. Она на мгновение залюбовалась его точеными чертами.

Конечно, скорее всего художник польстил монарху, но поговаривали, что и в жизни его подбородок был столь квадратен, а глаза так же голубы, как и на портретах. Девушка томно вздохнула, представив себе, как прекрасно, наверное, быть женой эдакого красавчика.

Ну, еще и королевой, к тому же.

– Жди меня, милый Килвар! Я уже иду к тебе! – прошептала она, краснея от собственной смелости, и бережно поставила портрет у стены.