Поцелуй демона

Изредка случалось и такое, что между двоими вспыхивала симпатия. Что ж, если препятствий к браку не было, и они подходили друг другу даром, им никто не мешал заключить союз. Последнее, разумеется, было мечтой всех половозрелых девиц, приехавших на отбор.

Сразу после брака с королем, само собой. Об этом многие даже мечтать не смели. Но не Иветта! Она была четко настроена на победу.

Тем сильнее раздражало ее поведение семьи.

– Первое появление во дворце – самое важное! – наставляла дочерей миссис Юнтис, собственноручно укладывая волосы младшей.

 – Вы должны произвести самое лучшее впечатление. Помню, моя матушка настолько поразила деда его величества Килвара, что он даже не хотел отдавать ее моему отцу. Но против традиции не пойдёшь, да и дар у них, как я поняла, не совпал… а ведь я могла бы стать королевой!

На этих словах женщина приосанилась, представляя себя в парадном одеянии с короной на голове.

Иветта постепенно закипала, но молчала.

Произвести впечатление? Ну разве что надавить на жалость!

Ее закрытое платье больше подходило бы пожилой вдове, чем девице на выданье. Высокий ворот, никакого намека на декольте, хотя девушке было, чем похвастать в этом районе, широкий подол закрывал ноги до самого пола, в то время как модная длина платья позволяла демонстрировать щиколотки, а то и лодыжки! Вот у Териссы наряд игриво приподнимался впереди при каждом шаге, подчеркивая полупрозрачными кружевными рюшами изящество ножек.

А у нее… ужас один.

Иветта едва дождалась, пока за матушкой закроется дверь. Апартаменты в гостинице были небольшими, всего две спальни и общая гостиная, так что сёстрам пришлось временно делить комнату на двоих. Радости это обеим не прибавило.

Впрочем, старшая не собиралась жаловаться. Для ее плана как раз некая изоляция и удаленность от матушкиного бдительного ока была на пользу.

Пересев на кровать к сестре, Иветта проникновенно пропела:

– Мне так тебя жаль…

Терисса тут же вскинулась, справедливо ожидая некую колкость или гадость.

И она не замедлила последовать.

– Такое убогое платье. Ох! Вот кумушки повеселятся. – сморщила носик Иветта. – То, зеленое, куда выигрышнее.

– Но тебе его надеть не позволят! – высунула язык, как маленькая, Терисса. И алчно покосилась в сторону сестринского шкафа. То самое, зеленое, и впрямь было шикарным.