Любимая попаданка императора

Умыться или протереться было и вовсе нечем. Выглядели девушки плохо, с потускневшей кожей и запавшими покрасневшими глазами. Налицо обезвоживание.

– Молчи! – едва слышно шикнула на нее одна из пленниц. – Не то он вернется!

– Да что здесь происходит-то…– пробормотала Эльвира едва слышно, но покорно уселась на прежнее место. Несмотря на пережитый культурный шок, она умудрилась даже задремать, привалившись к бревенчатой стене и кутаясь в толстую кофту.

А наутро приехал сен Хумбер.

Он явился не один, а в сопровождении четырех помощников.

– Не извольте беспокоиться, девы нетронутые! Ну, то есть, в каком виде поступили, в таком и есть! – залебезил местный дед. Сен Хумбер вскинул руку, и селянина вынесло из сарая со свистом, он даже вякнуть не успел.

– Дикие людишки. – пробормотал седовласый, окидывая критическим взглядом всех трех пленниц. – Ну, сойдет. За мной!

Эльвира хотела было возразить, что они все прикованы, и тут кольца, к которым были привязаны цепочки, сами вывернулись из стен и поплыли по воздуху вслед за Хумбером.

Девушки застыли на месте. Их всех обуял шок. Раньше они видели такие трюки только по телевизору, но там все понятно – зеленый экран, спецэффекты. Тут же никакого экрана и съемок и близко не наблюдалось, зато творилась самая настоящая чертовщина.

Седовласый в нетерпении шевельнул запястьем, цепь натянулась, пребольно дернув Эльвиру за шею. Она поняла намек, поспешно поднялась на затекшие за ночь ноги и побрела на улицу. В итоге все равно оказалась последней. Две другие девушки соображали шустрее, и уже стояли навытяжку перед Хумбером, как солдаты на плацу. Или коровы на выставке? Судя по тому, как пристально он вглядывался в их лица, одной даже губы оттянул, оценивая зубы, скорее ближе к реальности было второе.

Эльвира судорожно сглотнула и оглядела улицу в поисках путей отступления. С цепью на шее много не побегаешь, но если ее вдруг снимут…

Она слышала про торговлю живым товаром, и похоже угодила в самую гущу эдакого «отбора». Подошла и ее очередь. Хумбер скривил губы, что в его случае обозначало довольную улыбку.

– Отличные экземпляры. – бросил он, не оборачиваясь, и Эльвира отметила, как просияли селяне.