Любимая попаданка императора

Даже если у нее не получится вернуться домой – не беда. Никто ее в том мире не ждёт, кроме старого домика с покосившимся крыльцом. А тут она вполне сможет устроиться.

Изучить бы еще, что там у нее за магия, но снимать ошейник мадам отказалась наотрез.

– Для твоего же блага. – елейно улыбаясь, промурлыкала она. – Чтобы ты случайно не покалечилась.

Ну да, так Эльвира и поверила в ее добрые намерения.

Отпустив служанку, девушка подошла к небольшому, с тарелку, зеркалу и покрутила ошейник, пытаясь найти застежку.

Нужно искать мага, решила Эльвира. Желательно, лояльно настроенного к попаданкам. Как минимум, он сможет снять ненужное украшение – мадам обмолвилась, что ошейники носят многие попаданцы, кому нужно временно заблокировать магию. В наказание или для безопасности окружающих, если дар слишком силён, а на обучение денег нет. Украшения эти универсальные, на Перекрёстке встречаются сплошь и рядом, лишних вопросов его наличие на Эльвире не вызовет.

Снять ошейник может любой маг, не только тот, который его надел.

Это уже облегчение.

Эльвира смутно себе представляла, как смогла бы заставить сена Хумбера снять блокирующий артефакт.

Только вот искать мага нужно в срочном порядке. Магия, запертая в теле и не находящая выхода, замирает и исчезает. Ее нужно регулярно использовать, чтобы уровень дара рос. Если ошейник долго не снимать, она зачахнет и пропадёт совсем.

Потому-то помощник сена Хумбера посоветовал не снимать блокираторы полгода, а лучше год. Чтобы наверняка лишить девушек малейшей возможности спастись.

Эльвира сбросила верхние полупрозрачные одеяния и опустилась на кровать в одной нижней сорочке-халатике. Она держалась на теле двумя бантиками, один внутри, почти подмышкой, другой над грудью на противоположной стороне.

Раздеваться совсем девушка не рискнула, помня про не запирающуюся дверь. Конечно, один халатик – так себе преграда для распаленного мужика, но если придется убегать, лучше это делать в более-менее одетом виде.

Спала Эльвира плохо.

К полуночи в борделе началось самое активное время. Хлопали двери, откуда-то снизу доносилась приглушенная этажами музыка, то и дело топотали по лестнице, расположенной неподалёку от комнаты девушки. Каждый раз она дёргалась, сжималась и замирала, опасаясь, как бы этот неизвестный не попытался вломиться к ней.