Проклятая весна

Кожа все еще хранила отпечаток чужого тепла в том месте, где малышка прижималась к Коллин головой – над самым сердцем, но тепло это медленно уходило.

– Какая эта корова жирная, – заметил Карпик.

– У нас скоро будет еще одна маленькая Босси, – объяснила Джоанна. Она передала Коллин яйца, без благодарности или смущения приняла в оплату долларовую банкноту. Карпик поднял крышку коробки.

– Разве не чудесно бы было, – Джоанна положила ладони на живот и смотрела, как Карпик простирает над яйцами руки, словно готовясь прочитать заклинание, – если бы можно было заставить их ожить силой мысли?

Пока они шли, Коллин придерживала рукой холщовую сумку.

У плоской скалы, где Чесночный ручей делал поворот на юг, они присели отдохнуть. Карпик положил голову ей на колени и прижал к глазам окуляры бинокля.

– Что ты там видишь? – спросила Коллин. Он опустил бинокль. – Почему он тебе так нравится, а, Печенюшка? Он застенчиво пожал плечами. – Что бы нам приготовить из этих яиц? Запеканку из брокколи? – Карпик застонал.

 – Пирог с брюссельской капустой? – Он сморщил нос, и Коллин откинула с его лба челку. – Откуда у тебя такие красивые зеленые глаза?

– Купил их в магазине зеленых глаз, – ответил он.

Затрещала ветка. Коллин повернулась. Закачалась ветка растущей на вершине хребта ольхи – словно птица взлетела. Карпик свернулся, и Коллин принялась его щекотать.

– Прекрати! – завизжал он, хватая ее за руки.

– В какой стороне дом?

Он изучил ее ладонь, затем указал направление.

– Почему ты не читаешь свою карту? – спросил он.

– Мой отец меня этому не учил, – ответила Коллин и вдруг осознала, что это правда.

Когда они вернулись, Рич уже рубил дрова. К ним подбежал Скаут и перевернулся на спину, подставляя живот.

– Он тебя нашел, – сказала Коллин – утверждение, а не вопрос.

– Его чуть Лью не задавил, – утомленно произнес Рич с лицом, мокрым от пота.

Найдите в словаре слово «осторожность» – и увидите там фотографию Рича, вместе с его усами щеточкой, головой, наклоненной на десять градусов вправо, чутко прислушивающимся левым ухом.

И все же каждый день, провожая его утром, Коллин задерживала дыхание, и не могла свободно выдохнуть до тех пор, пока вечером не слышала громыхание его пикапа.

Она взъерошила Карпику макушку.

– Ты сегодня рано вернулся? – Рич проследил глазами за ее рукой. – Все в порядке?

– Все в порядке, – ответил он и снова размахнулся топором. Раздался громкий треск, и бревно раскололось надвое.