Игры памяти

То ли бандиты уже нарезвились к тому времени, то ли их что-то отвлекло, но часть вещей все же осталась нетронутой. Женя бережно сложила вещи в пакет и протянула его Борису.

Туфлям повезло гораздо больше. Они уцелели почти все, но девушка захватила только три-четыре пары. Женя осмотрела их с Пашей спальню и подошла к шкатулке. Драгоценности тоже были на месте.

Боря даже присвистнул при виде такого богатства. Он отдал бы всё на свете за возможность быть рядом с Женей, но никогда не смог бы баловать её так часто.

– Это всего лишь дорогие игрушки, – Женя заметила тоску в глазах своего парня. – Мы их сдадим в ломбард и может что-то из вырученных денег отдадим этим упырям. Или ты думаешь, что они захотят ещё больше?

Боря пожал плечами. У него есть выход на Старого, но получится ли с ним договориться? Особенно после того, как он сам прокололся с поручительством. Ведь это Борис убедил Старого выдать Пашке займ в миллион рублей. Парень до сих пор не мог понять, что им двигало на тот момент.

– Я не знаю, чего они захотят, – хмуро ответил Боря. – Но давай попробуем. Тебе точно не жалко? Это же наверное, память.

Женя нервно хихикнула.

– Память? Знаешь, с некоторыми воспоминаниями лучше расставаться как можно скорее. Вот это, например, – она показала колье с рубиновыми подвесками, – он мне подарил после того, как в первый раз ударил. Вот эти сережки появились у меня после того, как он пьяный вернулся домой только утром и от него за километр несло дорогими духами.

– Можешь не продолжать, – остановил её Боря. – Я тебя понял. Тогда забирай всё, сплавим все твои погремушки. Я конечно, не смогу тебе возместить все это…

– Не нужно мне все это возмещать, – перебила Женя, сгребая драгоценности в одну кучу и небрежно запихивая их в пакет. – Просто не становись такой же свиньёй.

Парень улыбнулся.

– Не буду. Это я тебе обещаю.

– Тогда держи пока пакеты, а я схожу в кабинет. И если ты не против… я бы хотела ненадолго остаться там одна.

– Конечно, – Боря забрал её вещи и нежно поцеловал. – Я буду ждать тебя в машине.

В кабинете был самый центр урагана. Пострадали даже дорогие картины, которые Паша обожал больше всего. Их не вырезали из рамок, как это обычно делали воры, из порезали прямо посередине. Одну даже разрезали на мелкие полоски.