Туман Лынёва, или Последний пассажир

Лынёв стащил со лба влажную повязку, осторожно промокнул выступившую испарину носовым платком и скинул пиджак. Пот расползался под рукавами тёмными пятнами и начал заполнять неравномерным узором округлые плечи, грудь и спину. Нервное напряжение приближалось к критической отметке. Подойдя к выходу и на всякий случай убедившись в тишине коридора, он осторожно выглянул за дверь. Никого.

Сколько впустую потрачено времени! С двумя замками! Нужно браться за третий. Должно же хоть с ним получиться. Тогда по его принципу можно будет отпереть и два первых.

И действительно, одна из деталей, недолго сопротивляясь, поддалась и сдвинулась в сторону. Есть! Сердце радостно заколотилось, гулко отдаваясь в ушах. Солёные дорожки пота защипали открытую ссадину. Они тяжёлыми каплями собирались на бровях и грозили сорваться вниз, сквозь негустые светлые ресницы, заливая глаза. Вадим зажмурился.

Позади громко и жёстко, словно выстрел, хлопнула дверь. От неожиданности очки выпали из рук. Он замер, не оборачиваясь, так и продолжая стоять на коленях перед лежащим чемоданом.

Мысли бешено понеслись в голове. Варианты объяснения, один фантастичнее другого, вспыхивали в сознании неясной чередой. Ужас, что застигнут он за самоличным вскрытием чужого багажа без свидетелей и всякого протокола, оглушил настолько, что не дал возможности внятно уловить хотя бы один из выдаваемых результатов. Вошедший или вошедшие молча продолжали наблюдать за ним.

Лынёв стал медленно подниматься, всё ещё не оборачиваясь.

Что там в теории рекомендуют при встрече с медведем? Напугать сильнее. Посмотрим, сработает ли на практике. Водрузив очки на место, он грозно откашлялся. И вот его истошный крик разнёсся по залу ожидания: «Что здесь происходит? Сейчас же мне докладную на стол! Сию минуту!!!». И топнул ногой. И ещё раз.

В ответ ни слова.

Ему бы уже развернуться, сохраняя при этом начальствующее лицо. И это было бы возможным, будь он просто застигнут на месте чужого преступления.

Но дело дрянь. Под угрозой раскрытия его личный замысел.

Натужный шорох открывающейся двери вывел его из панического транса, но окончательно смешал реальность. И вот уже новая действительность произносит ему голосом одной из официанток:

– Вадим Натальевич, простите. Я к вам поднималась, но не нашла наверху. А в коридоре ваш голос услышала. Мне очень нужно спросить по поводу ужина, если можно…

Что-о? Лынёв живо обернулся.