Туман Лынёва, или Последний пассажир

Что же ещё? Открыв, она увидела (о боги!) прямо перед собой раскачивающийся оранжевый берет Татьяны, из-за которого раздался голос Лукьяна:

– Забыла.

Не сдержавшись, магиня зарычала раненой тигрицей. Кошмар этого дня никогда не закончится! Она выдернула ставший уже для неё отвратительным предмет из его руки и брезгливо бросила на подоконник.

– Заходи!

На мгновение ужас охватил её предчувствием бессмысленности сопротивления обстоятельствам.

Женщина забралась на постель, усевшись между подушек.

Так она чувствовала себя непобедимым воином, надёжно защищённым со всех сторон.

Как и по обыкновению Лукьян устроился в её комнате на полу по-турецки, возле окна.

– Луш, сил у меня для этого разговора как не было, так и нет. Но вижу, что должна говорить сейчас. Всё гораздо сложнее, чем мне казалось ещё пять минут назад.

Теперь молодой человек выглядел не просто растерянным. Конечно, он не ожидал такой реакции на берет Татьяны. Не то чтобы рассчитывал на радость. Что-то ведь произошло между магиней и девушкой этим вечером.

Какая-то тайна. Но он и не думал услышать рык разъярённой тигрицы.

– Ты спрашивал. что не так с твоим отцом. И почему я не могу просто вернуть его, применив заклинание или банальный приворот. Так вот, если ты ещё не успел понять, с судьбой так запросто не поспорить. Помочь свершиться задуманному ей – это да. Но не оспорить. Будь ты десятикратно мощным магом, сил не хватит противостоять ей. У меня был большой опыт сопротивления. Как видишь, до сих пор результат там, где и был.

Сейчас я решила обмануть её. То есть такая подтасовка карт. Подкладываю козыри, которые в нужное время выложит игрок, твой отец. Не я сама принуждаю его вернуться ко мне, а он сам придёт сюда по выложенной мною для него мостовой.

Возможно, это наивно, но других вариантов пока не вижу. Приворот убил бы его, а это значит, что и меня. Любое жёсткое воздействие даст противодействие кратно мощнее и разрушительней. Ты уже думал об этом?

Луш молчал.

– Лукьян?

– Да, думал.

Или… Не знаю. Прости.

– Где ты? – Фрея наклонилась, ища его взгляд.

– Я не могу дождаться, когда же мы начнём говорить о Татьяне. Ведь ты сама предложила пинчу на троих. Я видел – Таня нравилась тебе! Что произошло между вами? Что же? Молю, объясни…

Никогда до этого Фрея не видела Лукьяна таким взволнованным. Всегда сдержан и рассудителен, не дающий эмоциям взять над собой верх… Но сейчас, казалось, само его сердце умоляло её.