Сокровище нумизмата

За столами сидели экспоненты, а основная масса посетителей медленно передвигалась от одного к другому. Большинство присутствующих, судя по частым рукопожатиям, были знакомы между собой. Размера помещения было явно недостаточно для всех желающих: многие были вынуждены стоять в очереди к столу, чтобы посмотреть тот или иной предмет.

– Видишь самый дальний угол у колонны? – спросил Панин, направляя меня взглядом.

– Да.

– Мужчина за столом – сын Шульца, Виктор. Коллекционер весьма посредственный, занимается царской медью, марками и старинными кортиками.

Я кивнул, и мы начали медленно продвигаться вдоль столов. Панин то и дело замедлялся, подходил к столам, пожимал чьи—то руки и медленно листал альбомы, рассматривая монеты. Какие—то доставал и крутил в руке, после чего пренебрежительно засовывал обратно, грустно вздыхая, другие осматривал более внимательно с помощью лупы с подсветкой.

– Пять рублей Николаевские почем? – спросил Панин, не отрываясь от осмотра золотой монеты через лупу.

– Какой год? – спросил старичок с хитрым прищуром, доставая старую, потрепанную тетрадку.

– Одна тысяча восемьсот девяносто девятый

– Сто тысяч.

– Держи! – злобно ответил Панин, протянув деду монету с такой силой, что тот едва усидел на стуле.

– Ваша цена? – однако спросил он, не желая терять покупателя.

– Заберу за пятьдесят.

– Сколько?! Не смешите меня, грейд не ниже шестьдесят пятого, посмотрите каталоги, где вы видели такие цены?

– Шестьдесят один, не выше. А вы где видели такую цену за такой сохран? Покажите хоть один проход – и я куплю ее.

– Значит, не договорились, – раздосадовано ответил дед и сунул монету на место.

Мы продолжили продвигаться дальше.

– Жора! Добрался до нас! – радостно воскликнул Панин, обращаясь к мужчине лет пятидесяти в толстых очках и с козлиной бородкой.

– Филя! Рад видеть в добром здравии! – разулыбался тот в ответ. – Да, выбрался, наконец-то.

– Что нового, интересного?

– Все по-прежнему. Хотел с тобой посоветоваться: урвал тут в Питере пару монет, но есть сомнения по их подлинности, глянешь? – он потянулся к чемодану и выложил на стол две монеты.