Новый нуар

Затем спускался в подземную парковку возле медицинского факультета, где быстро потрошил и выбрасывал сумочку, поднимался в лифте на улицу и независимой походкой уходил в другой квартал. Этот трюк он проделал два-три раза, но потом заметил на бульваре явно поджидавших его полицейских, и благоразумно решил отказаться от лихого промысла.

Днем – куда ни шло, а ночами было тоскливо. Приближалась осень, и Василика все чаще думал о том, как быть дальше. О возвращении в Румынию не могло быть и речи, а его нынешняя парижская жизнь рано или поздно должна была плохо кончиться.

И Василика скрепя сердце решил вернуться в интернат.

Увидев его, директриса с платиновым шиньоном, как ни странно, не удивилась. Она отвела его в столовую, где уже закончился обед, и он поел один в пустом зале. Потом – на работу в сад, где трудившиеся воспитанники поглядывали на него с любопытством, но вопросов не задавали. А потом все пошло своим чередом: подъем – отбой. Василика теперь знал, что все имеет свою цену, и, стиснув зубы, терпел.

Терпел, терпел, а потом как-то и привык, – значит, не так уж все было и плохо!

Глава 8

В бухарест, в Бухарест!

Присматривались, пробовали друг друга на прочность, мерились силами. Была, однако, категория студентов, с которыми конкуренция была невозможна. Они разговаривали только между собой, а всех остальных просто не замечали. После занятий сразу уходили, никогда не участвуя в общих затеях, если только это не были обязательные мероприятия. Их не заботили ни стипендия, ни диплом, ни распределение, светлое будущее расстилалось перед ними уже сегодня.

В гардеробе Колокольчиков забирал свою изношенную куртку, наблюдая краем глаза за двумя холеными студентками, которые одевали норковые шубки, натягивали длинные перчатки и проходили мимо него к выходу, как мимо стула.

И Колокольчиков понял, что ему в этой жизни ловить в общем-то нечего. Было ясно, что его ждет после факультета, – ничего хорошего. Поэтому, когда после зимней сессии Колокольчикова вызвали в учебную часть, и незнакомый пожилой мужчина спросил, не хочет ли он поехать учиться заграницу, Колокольчиков, не раздумывая, согласился.

На самом деле, это была встреча с судьбой.

– Вы можете подумать несколько дней, посоветоваться с родителями, – сказал с сомнением мужчина.

– Нет-нет, – сказал Колокольчиков. – Я готов. Я поеду.

Мужчина полистал тощее дело Колокольчикова и задумчиво проговорил:

– Французский… Мы можем вам предложить только Румынию.