Дивный новый мир. Фантастика, утопия и антиутопия писателей русской эмиграции первой половины XX века

После заседания, где была принята эта резолюция, Стивен Росс вернулся домой, насыщенный электричеством, словно грозовая туча, и немедленно созвал семейный совет.

В его голосе звучало отчаянье человека, близкого к самоубийству.

Поэтому супруга главного директора, миссис Эвелина Росс, велела своим дочерям Мариори и Марион (других детей у них не было) сейчас же явиться в салон.

Мариори из-за этого должна была отказаться от театра, а Марион – от лекции одного писателя-радикала.

Мариори, прелестная Мариори, как писалось в газетах, интересовалась, как и следует порядочной молодой девушке из хорошей семьи, только театрами, спортом и балами.

Марион, далеко не такая прелестная, как ее старшая сестра, посещала экономический факультет университета и ежегодно совершала далекие путешествия, во время которых она заполняла пробелы в своих знаниях в области социологии.

Одну из таких поездок она посвятила Союзу Советских Республик средней и восточной Европы.

Эта поездка продолжалась более 5 месяцев и превратила Марион в убежденную коммунистку, что доставило немало горя ее родителям.

Когда собралось все семейство, мистер Росс рассказал им с начала до конца случай с Фицпатриком.

Потом, утомленный, он опустился в кресло, как будто силы оставили его.

На лицах миссис Эвелины Росс, Мариори и Марион отразилось величайшее удивление.

– Да разве вы не понимаете, – мистер Росс начал почти кричать, – что этот случай является сигналом для меня, вашего отца, а также и для вас, черт возьми!

– Сегодня какой-нибудь Фицпатрик, благодаря пучку сена, попадает в особую милость к этому ослу (мистер Росс забыл всякую осторожность), завтра появится другой дурак, и этому конца не будет!.

Я ведь уже не молод. Каждый молодой интриган может меня перехитрить, если он этого захочет.

До сих пор мы беззаботно сидели на своих местах.

Теперь же начинается конкуренция.

Вы понимаете, что это значит: конкуренция!

Я себя не чувствую больше спокойным на своем посту.

Но если я потеряю свое место, то мы нищие. Понимаете ли, нищие!

– Я буду работать, – сказала Марион.

– Подумаешь, как много толку из этого выйдет! – возразила Мариори.

– Но я не понимаю, – сказала супруга, – разве ты не получишь пенсии?

– Нет. В завещании не было упомянуто о пенсиях. Да, нужно сказать, что вы все до сих пор себе ни в чем не отказывали.