Дивный новый мир. Фантастика, утопия и антиутопия писателей русской эмиграции первой половины XX века

Одно время Огара был рассыльным у лидера демократической партии в одном из южных городов, но его карманы остались пустыми, и, в конце концов, он стал напиваться одновременно со своим ирландским шефом.

Потом он организовывал на улицах митинги и продавал любопытным ротозеям «универсальное дезинфекционное средство для нашего пищеварительного аппарата».

После этого он попал в больницу для бедных, откуда его выпустили, взяв с него предварительно честное слово, что он никогда не будет больше пить.

Огара клялся всеми святыми и вступил в армию спасения, чтобы проповедовать воздержание, но сам не смог преодолеть искушения, и его прогнали при первом удобном случае.

Протрезвившись, он стал было обсуждать, что лучше – повеситься или утопиться.

Но как раз в это время ему попалось на глаза объявление мистера Уингля.

Требуются

служащие: личный секретарь, корреспонденты, обер-гофмейстеры, камердинеры, шталмейстеры, лакеи и повара. Первоклассная служба, работы мало, жалованье хорошее.

Заявления с соответствующими рекомендациями посылать по следующему адресу: Радиополис, Акц. О-во Томас Гирн, для г-на Уингля.

Мистер Огара сразу все понял. Он стиснул зубы и послал прошение. Это было последней соломинкой утопающего.

Мистер Уингль объяснял собравшимся служащим долго и обстоятельно, что они должны исполнять свои служебные обязанности так, будто не Дицци их шеф, а Томас Гирн, то есть Дицци будет обедать в столовой на месте своего предшественника.

Дицци должен быть всегда одет согласно строжайшим традициям хорошего общества.

Дицци по необходимости придерживается вегетарианской пищи, но главный повар, а также и лакей должны проявлять величайшее внимание при изготовлении пищи и при сервировке стола.

Огара долго думал над тем, как справиться с предложенной ему ролью.

Два чувства боролись в его груди: бурный протест и боязнь потерять место. Он полагал, что им все рассчитано и предусмотрено заранее. Но когда Дицци из своего стойла переехал в виллу Томаса Гирна, когда портные в первый раз одели его в специально сшитый для него безукоризненный смокинг и в белую крахмальную рубашку и когда весь штат служащих втолкнул доброго Дицци общими усилиями в столовую, тогда Огара понял, что задача выше его сил.

Это было великолепное зрелище.

Стол был накрыт на пять приборов. Четыре главных директора предприятий Гирна стояли, словно проглотив аршин, в застывших позах за своими стульями в ожидании шефа.