Дивный новый мир. Фантастика, утопия и антиутопия писателей русской эмиграции первой половины XX века

Я требую от всех своих подчиненных и служащих полного уважения и абсолютного подчинения их новому шефу, долженствующему везде и всюду, на всех заседаниях и собраниях, занять место Томаса Гирна. В случае неподчинения они будут уволены в двадцать четыре часа. Распоряжения, касающиеся этого пункта, я оставил своему душеприказчику, инженеру Робуру-

Так как я предполагаю, что Дицци вряд ли оставит законных наследников, то я настоящим объявляю, что в случае его смерти все мое имущество, как и возможный прирост капитала, переходит в коллективное владение всех служащих, которые будут заняты в моих предприятиях в момент смерти Дицци.

Таким образом, их собственные интересы предписывают им точно соблюдать все пункты этого завещания.

Томас Гирн».

Это завещание произвело сенсацию во всем мире.

Суд назначил экстренное заседание для разбора завещания Томаса Гирна.

На это заседание стеклось более двух тысяч корреспондентов со всех концов света.

V. Без Дицци, но с судьями, адвокатами и 76 родственниками

Это было в жаркий июньский день, как раз в такой день, как во время счастливого открытия Томаса Гирна.

В маленьком помещении мирового суда первого полицейского участка города Радиополиса собралось необычайное количество людей.

Здесь были главные директора предприятий Гирна, родственники умершего (выяснилось, что их было всего 76), адвокаты и немалое число бездельников, которые за отсутствием других занятий крайне интересовались судьбой миллионов Томаса Гирна.

Несмотря на открытые окна, в зале была душная, гнетущая атмосфера: такая оранжерейная температура бывает только в американских городах, где слишком много домов, вещей и людей.

Вследствие невыносимой жары господа адвокаты расстегивали воротнички и жилеты и спускали пониже брючные подтяжки. Их профессиональная подвижность и вертлявость сделалась от этого еще противнее. Они стали спорить по поводу предстоящего дела еще задолго до появления судьи; при этом они обменивались резкими отрывистыми выкриками; такой способ разговора во всем мире является отличительным признаком глухонемых, но таков основной принцип речи в Америке, где надо перекричать адский шум подземных и городских железных дорог и автомобилей.

Из-под жилетов почтенных представителей адвокатского сословия выступали свернувшиеся в колбасу воротнички верхних сорочек. Брюки же обнаруживали мало интереса к полемике своих господ и медленно, но настойчиво, сползали вниз.