Ослепительно белый рассвет

Мария Ивановна достала из кармана мобильный телефон и набрала знакомые с детства цифры своего прежнего домашнего телефона. Она мечтала это сделать уже много лет, но никак не осмеливалась, да и сейчас бы не осмелилась, если бы не Алёна. Алёна сильно нервничала, чего нельзя было сказать о самой Марии Ивановне, она казалась абсолютно спокойной, ее выдавала лишь правая бровь, которую она поднимала, когда сильно переживала. В трубке послышались первые гудки, ту-уу-уд… ту-уу-уд…

– Загудел, – осторожно произнесла Мария Ивановна.

Алёна сложила вместе ладони и прошептала: «Господи, хоть бы сняли трубку…».

В это время в городе на Неве к звонящему аппарату подошла женщина в монашеском облачении и сняла трубку.

– Алло, – спокойно произнесла она.

– Алло, – испуганно ответила Мария Ивановна.

– Вам кого?

– Я, мне… – растеряно пыталась связать несколько слов Мария Ивановна.

– Вы успокойтесь, пожалуйста! И просто скажите, кому вы звоните?

– Софье Кузьминичне, – произнесла Мария Ивановна.

– Софье Кузьминичне? – переспросила монахиня

– Да, я хочу поговорить с Софией Кузьминичной, – ответила Мария Ивановна

В воздухе между собеседниками и городами повисла пауза, но матушка, быстро поняв, что к чему, прервала паузу:

– Маша, это ты?

– Да, это я, – чуть слышно, ответила Мария Ивановна.

– Машенька, милая! Как же я рада, что ты нашлась! Машенька, как твое здоровье?

– Здоровье хорошо, – отвечала Мария Ивановна, не представляя, с кем она сейчас разговаривает.

– Ты замужем? У тебя есть детки? – продолжала засыпать вопросами монахиня.

– Да у меня есть дочь, она учится на втором курсе литературного института, – отвечала Мария Ивановна.

– Какая же ты счастливая! А мне Господь вот детей не дал. Я сперва расстраивалась, а теперь точно знаю почему.

– Вера, неужели это ты? – не выдержав спросила Мария Ивановна

– Нет, Машенька, это Таня! Правда меня теперь зовут по-другому, но это сейчас не важно, – с радостью в голосе продолжала матушка.

– Танечка, дорогая! Как я рада тебя слышать, сестренка! – Обрадовалась Мария Ивановна, как будто не обращая внимания на фразу о другом имени.

– Нет, Маша, их дома нет.

– Таня, я тебе оставлю свой номер телефона, пусть они позвонят мне, как придут.

Матушка покивала в ответ головой, и улыбнулась еле, сдерживая слезы:

– Маша, Мама умерла десять лет назад, мы ее с Верой похоронили рядом с отцом.