Тропа тунеядцев. В августе 34-го. Из жизни контрразведчиков

Потом закрыл дверь и направился к изнывающему, в ожидании, начальству.

Тронувшись в путь, он шел довольно неспешно, но по мере приближения начал ускоряться. Метров за пятнадцать, от Бурого, капитан перешел на бег трусцой. Остановившись, он перевел дыхание и доложил:

– Капитан Злыдник, по вашему приказанию, прибыл!

Полковник, некоторое время, молчал, медленно втягивая в себя воздух. Потом сказал:

– Спасибо, майор, вы свободны.

Майор, флегматично пожав плечами, отправился к своим. Милицейский лейтенант отошел еще метров на двадцать, в сторону, но из виду начальство не выпускал.

От царящей вокруг неразберихи, у Бурого шумело в голове, и он не сразу решил, с чего начать. Поэтому спросил:

– Кто, там – у тебя? Задержанные?

– Свидетели! По нашему делу.

– Ты, здесь, как оказался?

– Нештатная ситуация. Прибыл на место. Вон, Синий, как раз, сюда ехал. Подбросил.

– И, что? Докладывай!

– А, что – я? Здесь капитан Труба командует.

– Как – Труба? Он, что тут делает?

– Проводит операцию, по вашему приказанию.

– Не понял… – Искренне удивился Бурый.

Оглядев хаос, творящийся перед ним, мысленно удивился еще раз, но уже про себя:

– Неужели, все это – по моему приказу?!

– Мне, тем более, никто не отчитывался. Труба, ведь, по отделу Скрипака проходит… – Тем временем, продолжал Злыдник.

– Так. Скрипак… Конечно…

Лицо подполковника застыло каменной маской.

– Этот, Труба – где? – Встрепенулся он.

– Там. – Кивнул, в сторону свалки, Злыдник.

– Ко мне, его! Немедленно!

– Да.

– Не понял! Чего стоим? Бегом марш! Хватай его за шкирку и незаметненько волоки сюда!

– Не. Я не пойду.

– Снова, не понял?! Ты, что – пьяный?

– Не. Я – трезвый. Только, там, похоже, все контуженные или с катушек съехали. Вроде… Точно не скажу. Сам не видел. С ним, там – майор, из Московского. С майором – двадцать автоматчиков. Заняли оборону, никого к себе не подпускают.

– Ты, что несешь?! Смеешься, надо мной?

– Тут, не до смеха, товарищ полковник.

– По людям? – Озадаченно спросил Бурый.

– Пока, только в воздух. Делают предупредительные выстрелы. Но существует возможность, что могут шмальнуть по настоящему.

Тут, к Бурому, начало приходить осознание, что все сказанное – чистая правда.

Он повернулся лицом к свалке, и растерянно уставился на, зияющий прорехами, бетонный забор.