Тропа тунеядцев. В августе 34-го. Из жизни контрразведчиков

Я уже вижу, каждого из вас, в красивой форме, с кукурузными початками на шевроне; да, еще – на вышке, посреди арбузной бахчи…

Первым, на слова Злыдника, среагировал прапорщик Мелешко, который сперва тревожно заерзал, а потом встал со стула. Следом за ним, поднялись сержанты.

Капитан Одиноков сел, прямо.

– Слышь, майор, есть здесь отдельное помещение, где можно поговорить тет-а-тет?

– Нет. Я думал, что разговор будет носить общий характер.

– Неправильно думал. Так. Этих забирай. – Злыдник сделал широкий жест рукой.

– Нет. Только те, кого успели собрать. Остальные оповещены и подтягиваются. – Лицо Брыля стало наливаться кровью.

– Ладненько. Уводите этих.

– За мной. – Скомандовал психолог, и обескураженные герои поплелись к выходу, вслед за шумно сопящим начальством.

Капитан Злыдник ловко присел на стол, перед капитаном Одиноковым и, когда тот попытался встать, бережно придержал его, положив руку на плечо:

– Сидите, сидите.

В голове у Одинокова все смешалось, и он даже не пытался генерировать, в ней, какие бы то ни было идеи.

– Вы руководили вчера операцией по ликвидации, скажем так, притона наркоманов?

– Руководил. Руководил силами личным составом управления. Спецназ мне не подчинялся. Следственная бригада была не наша.

– Это понятно. Ты мне расскажи капитан, как отправляли задержанных, и я от тебя отстану. – Перешел Злыдник на доверительный тон.

Одиноков утвердительно кивнул.

– Значит, так. – Начал он. – Когда спецназ вышел, я зашел в квартиру. Пересчитал задержанных. Несколько раз. Двенадцать человек. Пять мужчин, семь женщин. Первыми стали выводить баб. Потом мужиков. Выводили и рассаживали по экипажам.

– Сколько было экипажей? – Поинтересовался Злыдник.

– Семь.

– Хорошее число семерка. Счастливое. Продолжай.

– Вывели всех. Двенадцать. Я посчитал. Потом приехали ваши, с чемоданами, и я сопроводил их в квартиру, в которой оставался только ваш сотрудник.

– Когда поднимались наверх, всех задержанных увезли?

– Еще нет.

– А, по машинам уже рассадили?

– Не всех. Человека четыре еще ждали очереди.

– Точнее.

– Две машины уехали. Это точно. Две отъезжали, а три стояли в боковом проезде. Там двор очень тесный. Не разъехаться. Оставались четверо. Трое мужиков и одна девушка.

– Это точно?

– Точно. Четверо.