Тропа тунеядцев. В августе 34-го. Из жизни контрразведчиков

Наступила тишина, в которой отчетливо было слышно, как Анна Михайловна посапывает носом.

– А, Ганне, хоть бы, что! – Растерянно произнесла Фаина. – Спит и горя не знает.

– Ой, девчата, что, вы, так волнуетесь? – Мгновенно перешла от сна к бодрствованию Ганна. – Новинки, так Новинки. Тоже – больница, то же лечат! Вы бы на себя, вчера, со стороны глянули! Фаиночка, я, даже, не представляю, как ты выдюжила! И Нина, вся побелела с лица. Про Аллу, я, даже, не говорю…

Дверь в палату открылась, и вошла пожилая женщина, в белом халате, с ведром и шваброй в руках.

– Проснулись? – Радостно спросила она, проворно проскальзывая внутрь. – Я освежу у вас, немного.

Но тереть пол не стала, а, поставив ведро и оперившись на швабру, запричитала:

– Боже, боже! Это же, кто мог подумать, что у нас такое может случиться. Столько народу погибло!

– Да, не может быть! Да, что, вы, говорите? – Села на кровати Фаина. – И, где такое случилось?

– Так, у вас же! На комбинате! – Удивленно сказала санитарка.

– У нас?! – Схватилась за сердце Фаина Геннадьевна.

Санитарка, открыв рот, уставилась на нее.

– Фаина, ты, что – ничего не помнишь? – Спросила Анна Михайловна, она же – Ганна.

– Да, помню! Джихадисты. Заминировали все. Только, мы с Нинкой на втором этаже были. Не видели ничего.

– И, как стреляли не помнишь?

– Как стреляли – помню. Потом – взрыв! И уже, потом, все в голове перемешалось.

У санитарки, на щеки вернулся румянец.

– У нас, говорят, вся «Скорая помощь» ранеными забита! – Сказала она, радостно.

– О, господи! – Схватилась, за сердце, Нина Григорьевна. – Только, тунеядцев нам не хватало!

– У меня, сразу, ноги отнялись, сердце заколотилось. – Сказала Фаина Геннадьевна. – Все вниз бросились, а мы с Нинкой сидим, шагу ступить не можем. Хорошо, Ганна потом вернулась…

В середине разговора, в палату заглянула женщина, в белом колпаке.

– Завтрак, кушать, будете? – Спросила она и, получив отказ, присоединилась к беседе.

– Ну, как, вы, тут? Живые? – Говорят, у вас вчера перестрелка была?

– Это, не у нас. Это – на свалке. – Сказала Ганна, свешивая ноги с кровати.

– А. кто, в кого стрелял?

– Там, не пойми, что творилось. Милиционеры бегали, стреляли, взрывали, что-то, а что не понять было. Что бы – толком.

– А, джихадистов много было? – Спросила женщина, в белом колпаке.

– Много, наверно. – Уверенно сказала Ганна. – Потому, что стреляли долго.