Слова

Миг, мысли, страсти, запах – вечность!

«Целуй»

Мои колени, звёзды – нежность!

Твои уста, дыханье, взгляд твой – звук!

Мы тишина, ночные волны – ветер,

Двумя телами наполняющий сосуд.

А в аду лишь чёрно-белый шум и мечты о крыльях

Посмотри в мои глаза.

Ты не видишь, что тьма там?

Рвётся из кожи,

Бьётся набатом,

Просит пощады,

Уберечь от людских взглядов;

Души их слабы,

Речи их лживы,

Высокомерия ради

Их жизни носимы…

Взгляд их опасен,

Кровав

И насмешлив,

Как к счету один – становится вежлив;

В людях нету силы

Лишь зверство гормонов,

Прощеньем гонимы

Библейский законов;

Живут словно стая

И думают живы:

Мы люди из рая,

Но к аду гонимы…

Стоим в чернозёме –

Да крыльев в нас нету.

Копаем под землю;

Скупаем билеты.

Живем под землей мы,

В вагоны одеты,

Мечтая о крыльях,

Мы рыскаем в недрах.

Освоив лопату,

О свете забыли;

Темны души лампы, -

Мы не заплатили.

Накинув очки

и замазав их краской;

Две в уши затычки –

Чёрно – белый шум в массы.

Не тянемся к небу,

Во тьму мы уплыли.

О рае забыли –

Мы адом влечимы.

Музыка и голуби

Поигрывая на виолончели в глухом городе,

Музыкант каждый день разрывал своими движениями пространство,

Отправляя по воздуху ноты.

Единственные, кого он собирал вокруг, так это голубей,

Которых сутками напролет, хлебом и надежной на что-то лучшее,

прикармливала местная сумасшедшая.

Давала она надежду и музыканту,

Что на бесплатную еду и мечты, отвлечётся хоть пару человек.

Но он не понимал, что любовь к сложному и прекрасному сродни получению

удовольствия от беззаботной жизни:

Когда, чтобы растрачивать на голубей хлеб,

Тебе не ненужно иметь справку.

Вечером город собирался спать,

А в центре, у памятника свободы,

Так и сидел музыкант и местная сумасшедшая.

Один верил в то, что она там не только ради голубей;

а вторая, считала, что птицам полезна классическая музыка.

Игра без правил

Я, человек,

я верю что сегодня могу быть таким,

а завтра другим,

а вчера я совсем был третьим;

и почему я должен прилипать к одному (?)

– я совсем не пойму,

если вам так привычнее видеть:

предавая себя,

мы теряем года,

что единожды дали;

ведь всё это игра

не поймём никогда

кем те правила да?нны.

И я завтра проснусь,

другим лицом улыбнусь

ко вчерашнему миру.