Иные обстоятельства

– Извините, я не хотела вас обидеть, просто нервы разошлись… – услышал он расстроенный голос девушки. – Не знаю, как эта глупость у меня с языка сорвалась, ей-богу, как базарная баба… Извините.

Коптев, уже открыв двери, тоже покаялся.

– И вы меня простите, я тоже не должен был так говорить…

Повисло неловкое молчание.

– Так всё-таки зайдёте?

– Если можно, – не сразу ответила незнакомка.

Вслед за Коптевым она робко, бочком прошла в прихожую и остановилась у двери, схватив обеими руками свою большую спортивную сумку, всем своим видом как бы показывая, что далее порога он не пойдёт и если что, пулей вылетит из квартиры.

Впрочем, намерений таких у неё скорее всего не было, и когда Коптев предложил ей поставить сумку, снять рюкзачок и пройти в комнату она охотно подчинилась.

Коптев извинился за царившей в квартире раздрай, объяснил, что собрался уже заняться уборкой, как разболелся зуб.

– Когда зубы болят это страшно, – сказала девушка, присаживаясь на край тахты.

 – Мне два года назад зуб мудрости удаляли, ох, я и натерпела-ась… врагу не пожелаешь.

Предаваться светской беседе Коптев желания не имел, у него были иные планы.

– Вы кушать хотите? – спросил.

– Нет, нет, спасибо, у меня с собой было, я перекусила. Вот если бы чаю…

Пока кипел чайник, Коптев отвёл девушку в комнату, достал из шкафа постель и объявил, что если у неё есть какие-то сомнения относительно его поведения, то она может спать спокойно. Двери в комнате запираются изнутри, и посягнуть на её честь он никак не сможет.

Она смущённо улыбнулась и виновато посмотрела на него.

Она выпила две чашки чая, Коптев – стакан водки.

Отправляясь спать, спросил:

– А зовут-то вас как?

– Валерия… Лера.

– Я – Евгений, – добавлять отчество в настоящих обстоятельствах Коптев посчитал неуместным.

2

Проснулся он непозволительно поздно даже для отпускника, в третьем часу по полудни. В голове шумело, бунтовали кишки, требующие пищи.

Сейчас бы поесть да опять на боковую, помечтал Коптев. А ещё, конечно, принять душ и почистить зубы, во рту помойка какая-то образовалась.

Потянувшись до хруста в суставах, он откинул одеяло, сел, нашарил ногами тапочки, вечно прятавшиеся под кроватью, зевнул сладко, собрался было подниматься и тут же вспомнил, что у него в квартире нынче гости. Точнее – гостья. И так запросто в чём мать родила не походишь.

Он прислушался. Всё было тихо.