Путь Черной молнии 1. Новая версия

Макар видел, что Илья сомневается и уже довольно давно, потому как не сильно сопротивлялся перед обнародованным фактом состояния высшего руководства коммунистов. Чтобы перейти от высокой политической дискуссии к простому, людскому объяснению, Макар вспомнил, как Михеев рассказывал о себе и перешел к делам насущным.

– Я не отрицаю, что Сталин поднаторел в политике, но он дилетант во многих науках. К примеру, чтобы правильно руководить людьми, не нужно расслаивать народ, спрессованный годами традициями и устоями государства.

– Что ты имеешь в виду?

– Допустить к правлению колхозами безграмотную бедноту, не наученную даже управлять собственным хозяйством, это что-то невероятное. До чего дошел народ в стране, искалеченной военным коммунизмом, теперь даже середняк стал «врагом народа». Посмотри на нынешнее рабоче-крестьянское «сословие» – воспитанное на грабежах своих же односельчан. Ты сам рассказал, что твой отец вышел из бедняков и дожил до уровня середняка, подняв свое хозяйство. Ты, красный командир, стал невольным участником ограбления своего отца, когда после прихода большевистской власти он лишился всего.

– Матвей, время было тяжелое, целые области голодали, у людей работы не было.

– Подожди, речь сейчас идет о том, что вас ограбили большевики, а ты продолжал служить этим идолам. Ты это осознанно делал или под влиянием красной пропаганды?

– Ты хочешь запутать меня?

– Илья, не упрямься и пойми, наконец, чекисты арестовали твоих родных и тебя заодно с ними, за то, что вы являетесь для них затаившимися, классовыми врагами.

Судя по твоему рассказу, ты неплохо относился к людям, старался вникнуть в их жизнь, разобраться, но ты был маленькой фигурой в большой игре, как и многие твои сослуживцы. Тебя, как отработанный элемент, выбросили из системы. Я, конечно, сочувствую, что твоего отца и многих жителей из вашей деревни арестовали, но ты сам должен очистить свою голову от извращенной советской пропаганды и понять, что «врагами народа» являются не крестьяне, а кучка коммунистов, засевших в Кремле.

Илья слушал, молча, не перебивал, не спорил, а затем спокойно, сказал:

– Матвей, не думай, что я останусь безучастным к арестам моих родных. Я прекрасно знаю, что их ждет. Чекисты поставили меня в очень сложное положение, из которого я должен найти достойный выход.

– Если в твоей добродетели сохранилось такое качество, как помощь людям, то помоги им.

– Смотря кому и чем помочь?

– Тем, кого еще советы не успели арестовать.