Моему Ангелу Хранителю

Но и создавала их сама себе одновременно. Я хочу, чтобы вы, читая историю моей жизни, могли сказать: «Слава Богу, у меня не так, и всё хорошо». Или: «О, у меня так же, если у неё получилось это пережить, значит и у меня получится!»

Итак, тридцатое декабря, Маруся беременна Гришей, который родится почти через месяц. Снег валил с небес с такой радостью и в таком количестве, будто все волшебники Вселенной одновременно вытряхивали свои пуховые перины из чудесных пушистых снежинок. Завтра Новый год. Маруся не могла выйти работать в такси – очень тяжело.

Беременность проходила нелегко. Саша пил. На работу давно не ходил, и порой Маше приходилось выезжать на линию, чтобы было, на что купить продукты. Она никогда никому не плакалась. Жила как жила, исходя из задач на день. Но мама понимала, что там на самом деле, и они договорились, что сегодня Маруся поедет к автобусу за передачкой, мама передаст деньги и продукты к новогоднему столу.

Мария поцеловала детей, старшим – Георгию и Даше – наказала приглядывать за Антошкой, пообещала успеть вернуться и уложить его спать.

Было девять часов утра.

Очистила грантушку от сугроба, положила лопату на заднее сидение, так как багажник замёрз и не открывался, и поползла по нечищенной дороге. Гранта тихонько, но доехала до асфальта без приключений. На дорогах в городе был ступор. Пробки недвижимы. На трассе творилось то же самое. Автобус задержался на четыре часа. Женщина ползла обратно со скоростью улитки в общем городском безысходном рычании уставших двигателей.

У Мани ныло всё тело.

По пути домой заехала в магазин. На незначительном подъёме на перекрёстке в месиве снега гранта заартачилась и забуксовала. Маша вышла, взяла лопату и начала откапываться. На встречке, ожидая зелёного сигнала светофора, стояли машины, и вдруг в одной из них открылось окно.

– Ты не там копаешься, неправильно, надо под задними…

Мария разогнулась, и зелёные глаза, сощурившись, превратились в щёлки. Стекло торопливо поползло вверх, мужчина сосредоточенно ждал, когда можно будет рвануть с места.

Трудности начались уже на спуске к полю. Казалось бы, СПУСК, но машина не спускалась! Никак. Маруся отвоёвывала каждый метр дороги. Выходила, откидывала снег и ехала. Через метров двести-триста она сдалась. Впереди – ещё километр с лишним. Развернуться невозможно, всё, что она откопала, уже замело. Снег и ветер резвились, и в безудержном страстном танго сгладили все следы. Будто машина спустилась с небес на поле у леса.