Бедолага Тиндарей

Совсем не замечает Тиндарей, что не слишком похожи два брата меж собой, а слухи между тем ширятся, обрастают подробностями, и достигают, наконец, ушей самой царицы.

– Докажите – ну, кто смелый? – затыкает рты сплетникам Леда.

А сама соображает – как быть? Разница очевидна. Рано или поздно, но объясняться придется. Кто-нибудь, да доложит Тиндарею какие именно слухи ходят в округе. Это пока он на радостях слеп, но однажды сам увидит то, что бросается в глаза любому, стоит лишь взглянуть на детей. Светленький и черненький, голубоглазый и кареглазый, прямой нос – нос картошкой – что делать? Царица решает сама завести разговор с Тиндареем.

– Дорогой мой, любимый, ты знаешь… Однажды сам Зевс спустился к нам в спальню… это было тогда… Как раз мы зачали… – воркует Леда – наших с тобою детей… так уж вышло…

– Ах, дорогая, сам Зевс позавидовал нашему счастью – нежно обнимает супругу Тиндарей.

– Позавидовал… – эхом вторит Леда. А сама подставляет для ласки самые сокровенные места своего тела, чтобы муж окончательно перестал соображать.

– Он принял твой облик… – в этом месте туника окончательно спадает с плеч Леды, открывая взору Тиндарея обнаженную грудь любимой женщины, а так же и все остальное – … под утро… мы спали… он воспользовался… я думала, это ты…

– Дорогая… – Тиндарей не в силах больше сказать ни слова. Он погружается в тело жены, гладит ладные ножки, наслаждается ею – неспешно, стараясь быть нежным.

Той остается принять его ласку, самой не остаться безучастной, однако позже, она продолжает -

– Ты простишь меня?… я думала это ты… – преданно, нежно заглядывает в глаза мужа Леда.

Как можно ее не простить? Такую обворожительную, такую родную. Тиндарей знает каждую ложбинку ее прекрасного тела, каждую родинку. Он готов сдувать с нее пылинки, защитить от невзгод, лишь бы Леда всегда была рядом. Царь Тиндарей абсолютно уверен – жена полностью принадлежит ему телом и душой, чтобы не случилось.

– Что ты, дорогая, что ты? – торопится с ответом Тиндарей. – Зевс властен над всеми нами… мне не на что обижаться… забудь, Леда, забудь. Это наши с тобой дети. Только наши.

Этим вечером вновь определилось пополнение в семье. К восторгу Тиндарея на свет вскоре появилась дочь, ведь он так хотел дочку. На этот раз отцовство было неоспоримым, охочие до сплетен языки замолкли.