Нулевой километр. Путь к счастью

Я вдохнула все эти ароматы, которые вместе образовывали запах традиционного непальского блюда. Двое молодых людей ждали моего вердикта, не отводя взгляда от моих губ.

– Пусть это будет дал-бат по-королевски! – решилась я наконец.

Встревоженно разглядывавшие меня повара радостно заулыбались. Один из них сразу же протянул мне большую металлическую тарелку, на которой стояли четыре пустые миски. Потом он указал на дымящиеся кастрюли. Шанти объяснил, что рис помещают в центр тарелки, а по мискам раскладывают ингредиенты.

Блюдо оформили по всем правилам – получилось настоящее произведение искусства! Официант, обслуживавший мой столик, украсил тарелку капустным салатом, морковью и огурцами. Сверху он положил еще тонкую обжаренную лепешку с тмином. Шанти сел напротив, а Карма решил поесть на кухне.

Я попробовала ингредиенты из каждой миски, потом решила подражать своему спутнику, который перемешивал еду в центре тарелки. Он смешивал, отправлял ее в рот и снова смешивал. Обжаренные, слегка подслащенные овощи и рис смягчали остроту перца чили, которым был приправлен як, а чечевица привносила нежный, пикантный аромат, подчеркивающий вкус блюда.

Я наслаждалась едой и любовалась невероятным пейзажем. Нежные теплые лучи солнца добавляли нотку спокойствия и умиротворения.

Смена приоритетов

Задумаемся, что на самом деле имеет ценность, придает смысл нашей жизни, и поставим именно это во главу угла.

    Тэнцзин Гьямцхо, Далай-лама XIV

После короткого отдыха мы снова были в пути.

К середине дня мы прибыли в Канде, городок неподалеку от Покхары.

Остальная часть команды уже ждала нас там. Шанти познакомил меня с ними. Гумар, самый высокий из троих, решительно выступил вперед и протянул мне руку. Я ответила улыбкой на его смеющийся взгляд. У него были жидкие усики и козлиная бородка, а волосы – только на затылке. Такой китайский типаж. Он чуть выпячивал живот из-под алого анорака, демонстрируя таким образом, что он важный человек в команде. Двое других мужчин были ростом не выше метра шестидесяти.

Сдержанный Нишал тоже подошел поздороваться. Он, видимо, стеснялся и поэтому даже не поднял головы. Выглядел он довольно тщедушным, но его рукопожатие оказалось на удивление крепким и энергичным. Он был в штанах цвета хаки, бело-голубой куртке и сандалиях. Коричневую кепку мужчина надвинул на самые глаза. Я присмотрелась к его худому обветренному лицу и решила, что ему лет пятьдесят.

– Намасте, – пробормотал он еле слышно.