Амулет. Книга 3

В отличие от нас, разделивших религию и повседневную жизнь на две несоприкасающиеся области, балийцы религию сделали своей жизнью. Мы обращаемся время от времени к Богу с молитвами, покаяниями и просьбами, а их менталитет таков, что они в каждый момент чувствуют себя живущими под Богом. То, что христиане называют духовным напряжением, для них давно стало стилем жизни, поэтому их лица светятся радостью. Их дух уже достиг того совершенства, которого христиане еще собираются достигнуть. Они уже спасены. У них нет поводов к тому, чтобы чувствовать себя несчастными.

Заметим, что абсолютно все церемонии по балийской вере проводятся с целью борьбы человека с дьяволом внутри самого себя, для внутреннего самосовершенствования. Другими словами, их воздействие направлено не на Бога, не на задабривание Его, а на стимулирование светлых сил самого человека. Результат очевиден. Почему на Бали нет преступников и тюрем? Потому, что балийцы, согласно своим убеждениям о всеобщей взаимосвязи, знают, что всякий плохой поступок и даже плохая мысль никогда не проходит бесследно, безнаказанно.

Как эта философия отличается от христианской, которая устами церквей внушает, что любые проступки и преступления, не говоря уже о злых мыслях, будут прощены Богом, если человек, совершивший их, покается в церкви перед священником. Так же и мусульмане думают, что они очищают себя паломничеством в Мекку.

Глубокая, пронизывающая всю жизнь духовность – вот причина восторгаться балийцами (их всего-то три миллиона).

Белые люди, возведшие материальные ценности во главу угла своего мировоззрения, в сравнении с балийцами кажутся наивными и глупыми. Правильно балийцы предполагают, что белые люди – демоны: только демоны могут жить недуховной жизнью.

Никогда балиец не пригласит белого человека на какое-либо свое таинство. Причина в том, что белые люди не верят ни в церемонии, ни в таинства, ни вообще в религию балийцев. А поскольку они не верят, то своим присутствием на таинстве вносят диссонанс в общий поток сознания.

Зачем лишняя трата энергии?..

Храм, к которому меня и Стаса подвез Команг, хотя и был заселен обезьянами, обыкновенными мартышками, все-таки был действующим храмом, поэтому наличие бананов оказалось не единственным условием допуска в него. На входе нас остановили двое старых привратников, предложивших нам обзавестись саронгами.

Саронги эти представляли собой куски цветастой ткани, которые повязываются вокруг бёдер.