Компонент

– А ты в курсе, что я неслабая фигуристка? – говорит она. – Даже медали есть.

– Не-а, – говорю я.

– Ты, наверно, экстрасенс, – говорит она.

Я бросаю взгляд на свои наручные часы, намекая, что ей пора.

– У тебя все получится, – говорю я. – Кто угодно может выбрать одну-единственную фразу из этого стихотворения и написать о ней пятнадцать разных докладов.

И тут, забыв о том, какая она фигуристка, она снова теряется и отводит взгляд.

– Я ничего из нашего разговора не вспомню, – говорит она.

– Ты просто играй, – говорю я. – Ты кажешься мне довольно игривой.

– Я? – говорит она. – Правда?

– Да, – говорю я. – А теперь… Уходи.

– Игривой-игривой-игривой, – бормочет она себе под нос.

– И не прыгай с моста – хотя бы не на этой неделе, – говорю я. – Прыгни только после того, как попросишь кого-нибудь еще помочь с каким-нибудь другим докладом.

– Когда-нибудь я тебе тоже помогу, – говорит она.

– Само собой, – говорю я.

– Никому не рассказывай, что я к тебе приходила, – говорит она.

– Я тебя не выдам, – говорю я. – Если только ты никому не расскажешь о том, что все говорят у меня за спиной.

– По рукам, – говорит она.

– Пока, – говорю я.

– Пока, – говорит она.

И закрывает за собой дверь.

Много лет спустя, лежа в кровати и наблюдая за тем, как свет весеннего солнца постепенно заливает светильники на потолке спальни в моей съемной квартире, я могу, порывшись в памяти, вспомнить о том времени лишь это:

когда-то очень давно я помогла фактически незнакомке, вдруг позвонившей мне сегодня, проанализировать стихотворение, которое нам обеим задали разобрать в колледже,

незнакомку бесило то, что она неспособна понять стихотворение,

его автором был американский поэт э.

Хотя потом я узнала, что он поддерживал Маккарти и американских «охотников на ведьм».

Теперь стало известно, что он к тому же настрочил целую россыпь откровенно сексистских и расистских виршей, несмотря на все эти блестящие и прорывные в описании чувств любовные стихотворения и всю эту перенастройку слов, пунктуации, грамматики, возможностей и значений.

Вздох.

Это жизнь. Никому нельзя верить. Во всем есть изъян.

Так какое же стихотворение нам тогда задали для разбора?

Сквозь него вроде как сыпались буквы слова «смерть».

Смерть наоборот.