Властелин мира

Если в вас говорит даже безумие, то… я не переношу таких форм безумия. Кто дал вам право оскорблять меня безнаказанно?

– Право, право! Кто дал право подвергать меня пыткам ужасных подозрений?.. Откуда они? – Зауер замолчал и устало опустил голову.

Эльзе стало его жалко. Она ласково коснулась его руки и тихо сказала:

– Никто вас не подвергал пыткам, вы сами мучаете себя. И для чего? Ведь поймите, Отто, что в наших отношениях ничего не изменилось, и я не понимаю, о какой стене вы говорите.

– Как ничего не изменилось? А миллионы, миллиарды Карла Готлиба! Вы одна из самых богатых женщин в стране, а я… У меня своя, мужская гордость.

– Да кто вас убедил в том, что эта стена из мешков с золотом будет стоять между нами? Никакой стены нет и не будет!

Отто Зауер смотрел на Эльзу, еще не понимая, но уже чувствуя облегчение.

– Что вы хотите сказать, Эльза?

– Да то, что совсем не надо быть юрисконсультом Отто Зауером, не спать ночей, доводить себя до помешательства, чтобы понять всю неловкость получения этого наследства.

– Эльза! Вы? – Зауер крикнул так громко, что Эмма Фит, работавшая в другом конце комнаты, прекратила свою трескотню на машинке.

– Что с вами, Зауер? Вы меня испугали.

– Ничего, флейлейн, это от радости, оттого, что я вдруг стал богат! Богат безмерно!..

– Значит, вы женитесь на Эльзе? – по-своему поняла Эмма и бросилась целовать смеющуюся подругу и поздравлять сияющего Зауера.

– Что это за семейная сцена? С чем вас поздравляют? – вдруг услышали они голос вошедшего в комнату Штирнера.

– Такое счастье! Эльза выходит замуж за Зауера!.. И они будут безмерно богаты! – воскликнула Эмма, обращаясь к Штирнеру.

– Это правда? – спросил Штирнер.

Эльза и Зауер переглянулись. Эльза помедлила несколько мгновений и потом твердо сказала:

– Да, это правда. Можете нас поздравить.

Зауер был так счастлив, что крепко пожал протянутую Штирнером руку.

– Ну что ж, поздравляю вас, мои будущие хозяева, если, впрочем, вы пожелаете воспользоваться моими услугами. А если нет, всего хорошего! Чемодан на плечи, собираю своих собак и отправляюсь с бродячим цирком… Делать нечего, придется искать другую кассиршу… Может быть, куколка согласится? Эмма, вы согласны? Что с вами, деточка? Вы плачете?

– Это… от… радости! – проговорила Эмма.