Группа продленного дня

С каждым днем Алена все больше убеждалась, что поступила правильно, не разведясь с ним, а еще мысленно благодарила маму за мудрый совет.

Она была уверена: тема измен закрыта навсегда, а спустя полгода после рождения Даши Миша стал приходить домой поздно, иногда – не ночевал совсем. Он говорил, они с друзьями начинают бизнес – ремонт автомобилей. Говорил, хочет, чтобы его жена и дочь жили хорошо, и готов ради этого не спать сутками – только чтобы зарабатывать. Алена верила (конечно, верила), несмотря на то, что от мужа часто пахло не машинным маслом, а женскими духами.

– Я знаю, что ты мне изменяешь, – сказала она Мише, осторожно прикрывая дверь спальни, где спала годовалая Даша.

Тот удивленно посмотрел на нее и слегка рассмеялся.

– Что за фантазии?

– Не ври мне, Миш! – она повысила голос, но тут же заговорила тише: боялась разбудить дочь. – Чего тебе не хватает? Мы же только поженились.

Он глубоко вздохнул и покачал головой.

Алена молчала – ждала. Ждала, когда муж наконец признается. Она понимала, что ей будет больно – еще больнее, чем в день своего восемнадцатилетия, но не могла больше делать вид, что ничего не происходит.

– Аленький… Как тебе объяснить… – задумчиво заговорил Миша. – Мне нужно много секса. Ну родился я таким: хочу часто им заниматься. А может, возраст, не знаю.

Он замолчал и почесал шею.

– Я вижу, как тебе с Дашей нелегко. Как ты устаешь.

Алена не поверила в то, что услышала. Она ожидала извинений, обещаний, клятв – чего угодно, только не этого.

– И ты решил облегчить мне жизнь, поэтому занимаешься сексом с другой женщиной? – растерянно произнесла она.

– Нет, не так! – резко бросил Миша. – У меня нет никакой другой женщины! Ты – моя единственная женщина, а всех остальных я воспринимаю как… Как способ удовлетворить свои потребности. Они все для меня – бляди.

– Они?! – снова повысила голос Алена.

– Они, она – какая разница?! – вышел из себя Миша, но тут же заговорил спокойнее. – Ты должна понять главное: я люблю тебя. Ты для меня лучшая. И будешь такой всегда. Я никогда не разведусь с тобой ни из-за одной бляди. И буду всегда обеспечивать нашу семью.

На последних словах он хлопнул ладонью по бедру, словно продублировал свое обещание этим жестом.