Ловец снов

Неуверенно осмотрев нас, девушка все же решила, что мы не представляем опасности и потянулась к ведру, но увы, лапки вместо ручек делу не помогают. Она посмотрела на меня, затем на Алекса. Глубоко втянув носом воздух, девушка удовлетворенно кивнула собственным мыслям и обратилась за помощью к собрату. Хм, я едва сдержал усмешку. Чувствую, для кого-то эта встреча судьбоносно.

– Как видите, я не могу сейчас трансформироваться и помощь мне не помешает, – ее голос звучал чуть виновато, словно ей неловко за это.

Алекс, взяв одну из уцелевших мисок, напоил девушку и помог умыться. Тогда-то и выяснилось, что юная волчица была ранена во время бойни. Она пролежала несколько дней в подполье не в силах совершить полную трансформацию, чтобы ускорить регенерацию. Волчица уже была уверена, что так и встретится с предками, прямо в этом сыром погребе, ведь сил вылезти из него не было. Да и частичная трансформация шансов на излечение не давала.

Осматривая рану, мы пришли к заключению, что ту необходимо продезинфицировать или прижечь, и срочно, так как уже началось легкое воспаление.

Легче было рассуждать об этом, чем сделать. Девушка оказалась не робкого десятка и согласилась на прижигание раскаленным ножом, так как спиртом здесь и не пахло. Алекс сказал, что будет держать ее за руки, отдав роль полевого хирурга мне… Точнее милые изящные, чуть подрагивающие от нервного ожидания, лапки, покрытые густой ярко-огненной шерстью. Я даже залюбовался огоньком, танцующим по ее меху и, как ни удивительно, волосам тоже.

Дав ей время прийти в себя, мы с другом, тем временем, тщетно рыскали в поисках пропитания.

Сзади беззвучно подошла рыжая волчица, но незамеченной она не осталась. Почувствовав ее еще издали, Алекс весь превратился в комок эмоций, чем выдал мне ее приближение.

– О! У тебя прошла трансформация! – воскликнул Алекс. – А мы тут ищем что-нибудь съестное, не ели больше суток. Да и тебе не помешает подкрепиться после ранения…

– Ты же саблезубый волк, поймай дичь! – воскликнула девушка удивленно, – В домах искать нечего. Все было уничтожено еще до сражения. Никто не оставляет то, что может пригодиться врагу, а если выживут сами- добудут заново.