Никки. Трилогия

– Это она, – сквозь слезы шептала девчушка, – моя мечта! Не сейчас, так в другой раз, без Свена, без профессора Обернетти, без охраны…

– Но это же непроходимые джунгли, как ты будешь передвигаться? – не отступал Хаккет, хотя уже и знал, чем кончится весь этот разговор. «Все-таки нужно использовать все шансы до последнего, чтобы оговорить ее» – думал парень.

– Об этом не беспокойся! – тут же прервал его Свен, – профессор предоставит нам «шагалы». Это такие устройства…

– В которые садишься и они тебя везут, переставляя железные ноги и цепляясь железными руками за все подряд, – раздраженно закончил за него описание устройства Хаккет, – думаешь, я тупой рыбак? Да я таких десяток смастерю за день, дай мне только любую подходящую свалку! Не надо даже Великой Мусорной Пустоши!

– Не сердись, братик! – сквозь градом льющиеся слезы, проревела девчонка, – на Свена тем более, не за что.

Вилос и Гвенда уже давно ревели в сторонке, прижимая к себе друг друга. Скупая слезинка выскочила-таки и у Свена.

– Поезжай, что уж с тобой делать, – на тяжелом выдохе еле слышно прошептал Хаккет. Ева, стоявшая все это время молча за спиной парня, подошла, обняла любимого и поцеловала его в щеку, как бы поддерживая его тяжелое решение.

– Правда? – Никки не поверила в услышанное, ей нужно было подтверждение.

– Езжай, говорю, но если что…

– Спасибо братик! – перебив его, громко закричала младшая сестра, – я тебя очень-очень люблю!

Девчонка бросилась на шею брату и снова зарыдала. Заплакал и Хаккет. Он уже чувствовал, что добром это не кончится, но старался сейчас не думать об этом.

– Если, что сразу звони мне по ионфону или «виару»!

– Каждый день буду звонить! – пообещала сестра.

Немного успокоившись, дабы сохранить традиции предков Хаккет, как единственный старший по крови дал свое благословение.

– Я с уважением принимаю твое решение, – официальным тоном произнес брат, – не возражаю против твоей воли. Так пусть и будет, ты можешь спокойно отправляться в экспедицию.

– Благодарю! – только и смогла ответить Никки. Сердце ее переполняла радость, какую она до сих пор не испытывала.

Радость и предвкушение сопровождали девочку всю неделю, до самого отъезда и лишь в день отправления девочка загрустила.