Петроглифы

Его мать была заведующей этой столовой, и он всегда там обедал. И я часто ходил с ним, составив компанию. Идею Сереги я воспринял скептически. У меня бы и смелости не хватило подойти к взрослому человеку с каким-то обменом.

Но Серега строил планы: «Нужно просто все время носить ремень и точно, когда-нибудь можно будет поменяться».

Я даже предположить себе не мог, что его план может воплотиться так быстро. В один из дней, мы уже поели и собрались выходить из столовой, как вдруг в неё ввалило человек пять шоферов.

Тут Серёга толкнул меня и показал взглядом на пожилого мужчину в ватных штанах и унтах. Штаны его держались не только на подтяжках, но и были опоясаны потрёпанным офицерским ремнём.

– Эх! – сказал Серёга, – я ремень не надел сегодня.

– У тебя есть ремень? – спросил он меня.

На мне был надет новенький морской ремень, который я совсем недавно выменял у своих пацанов с большим трудом.

– Давай твой поменяем! – предложил Серёга.

Я тоже понимал, что такого шанса больше не будет.

Но морской ремень было жалко. Лучше бы солдатский поменять. Мы стояли и ждали, когда водители пообедают. Когда они пошли к выходу, Серёга, видя состояние моей внутренней борьбы, сказал: «Давай я поменяю, пока мужик не ушёл!». Я быстро отдал ремень ему.

– Дяденька, давайте поменяемся?! – подошел Серёга в мужчине. Тот удивился, что мы предлагаем такой красивый ремень за какую-то рухлядь. Он, так и сказал, как рассчитывал Серёга: «Мне разницы нет, какой ремень». Когда же он стал надевать мой ремень, он вдруг не стал сходиться на его грузном торсе, одетом в ватные штаны.

Но видя наши печальные лица, сказал: «Да ладно, отвезу сыну, пусть пацан обрадуется!»

Из столовой мы шли счастливыми. У нас свой офицерский ремень. Пусть даже старый, но только больше ни у кого такого нет (кроме, естественно, Шушпанникова).

– Ничего, я тоже себе такой выменяю! – говорил Серёга.

Но после этого, как назло, в столовую больше никто не приезжал в офицерском ремне.

Летом, после окончания шестого класса, родители Серёги решили выезжать с Севера. В Днепропетровске им построили кооперативную квартиру. Грустно мне было прощаться с другом. Мы понимали, что вряд ли придется встретиться. Он уезжал на Украину, у меня родители из Забайкалья, и мы, понятно, что выедем туда, и дороги наши вряд ли пересекутся.

Но встреча всё-таки состоялась, через 17 лет. Как-то раз судьба привела нас с женой на Азовское море в Бердянск.