Комический театр

Орацио. Но и мы были бы чисты и невинны, не будь женщин.

Виттория. Чертовы висельники!

Орацио. Проклятые ведьмы!

Виттория. И все же, синьор Орацио, мы будем заниматься делом? Репетируем мы или не репетируем?

Орацио. Еще нет остальных дам, Арлекина и Бригеллы.

Явление шестое

Те же и Ансельмо.

Ансельмо. Бригелла здесь, к вашим услугам.

Орацио. Прекрасно.

Ансельмо. Я здесь уже давно, разговаривал с поэтом.

Орацио. С поэтом? В каком роде он сочиняет?

Ансельмо. Сочиняет для театра.

Виттория. Это синьор Лелио?

Ансельмо. Он самый.

Виттория. Он ко мне тоже приходил. Я с первого взгляда узнала в нем поэта.

Орацио. Каким образом?

Виттория. Нищий и веселый.

Орацио. По этим приметам вы узнали в нем поэта?

Виттория. По этим самым. Поэты, когда им нечего есть, утешаются с музами и пребывают в веселье.

Ансельмо. Не только поэты, есть и другие.

Орацио. Кто же?

Ансельмо. Комедианты.

Виттория. Правда, правда, они тоже, когда карман пуст, продают и закладывают все, лишь бы повеселиться.

Ансельмо. Бывает, что они в долгу как в шелку, а ходят гордые, как паладины.

Орацио. Простите, синьоры, но вы самих себя обижаете такими разговорами. Среди актеров попадаются, к сожалению, всякие выжиги, но их всюду немало, они встречаются в любом ремесле. Настоящий актер достоин почтения, как всякий другой человек, но он должен блюсти свой долг, заботиться о своем честном имени и помнить о всех моральных добродетелях.

Ансельмо.

Орацио. Какая же ему не нужна?

Ансельмо. Бережливость.

Виттория. Как и поэту.

Орацио. И все же если бережливость никому не потребна, она нужна тому, кто выступает на сцене, ибо драматическое искусство подвержено бесконечным превратностям, доход ненадежен, а напасти приключаются то и дело.

Ансельмо. Вы будете говорить с поэтом?

Орацио. Поэт нам не нужен.

Ансельмо. Что из того, послушаем его из любопытства.

Орацио. Из простого любопытства я бы не стал его слушать.

Виттория. А наш автор[15 - Имеется в виду Гольдони.] не будет в претензии?

Орацио. Отнюдь. Я знаю его характер. Он был бы недоволен, если синьор Лелио стал бы коверкать его сочинения[16 - Намек на Пьетро Кьяри, главного конкурента Гольдони в начале его драматургической деятельности.