Призраки настоящего

Без воспоминаний, без мыслей, без чувств. Только боль и слабость во всём теле.

Я не могла вспомнить лицо своей матери. Где мама? Кто моя мама… Я не могла вспомнить отца своей дочери. Все образы в памяти были расплывчаты – ни одного чёткого очертания.

Почему я ничего и никого не помнила?

Весь мир сфокусировался на одном маленьком человечке.

– Ева… – в полудрёме шептала я, как будто напоминая себе её имя.

Малышка улыбалась мне в ответ. Она почти никогда не плакала. Только смотрела и улыбалась. Улыбалась и смотрела.

Время растянулось в одну длинную петлю, которая так и норовила перетянуть мне шею. Верёвка прочная, толстая, а я обессиленная.

Иногда, прижимая дочь к себе, я слышала шум воды, как будто рядом был водопад.

– Мамочка сходит с ума, – усмехнулась я, укачивая колыбель, которую не без труда выкатила на крыльцо. Присела на верхнюю ступеньку, подобрав длинный подол грязной юбки.

В такую солнечную погоду хотелось идти, а лучше бежать… По густому полю высоких колосьев, ощущая их касания на оголённых бёдрах и опущенных руках.

Я достала Еву из колыбели и пошла. Ноги сами привели меня к озеру. Я знала, что оно там есть, но словно видела его впервые – прозрачное и спокойное. Присела на берегу, прижимая спящую дочь к себе. Она вздрогнула. Я натянула одеяльце, почти скрывая Еву в тёплой ткани.

– Прекрасная осень, не правда ли? Не помешаю? – Послышалось за моей спиной.

Я повернула голову на незнакомый голос.

– Мы знакомы?

– Я бы запомнил эти зелёные глаза, – улыбнулся мужчина. Я не смущаясь рассматривала его: высокий, кареглазый, широкоплечий. Рубашка не застёгнута на последнюю пуговицу. Будто невзначай убрав с лица вьющуюся прядь, он опустился рядом без разрешения.

Подул свежий ветер, растрепав по плечам мои волосы и раскрыв одеяльце, в которое я укутала дочь. Ева выглянула, тоже с интересом изучая незнакомца.

– А это что за принцесса? – Он кивнул на малышку и протянул руки: – Можно подержу?

Разве я когда-нибудь доверяла кому-то с первого взгляда? Не припомню за собой таких порывов, но руки сами вытянулись, чтобы передать ему Еву.

– Похожа на маму. – Мужчина бережно взял её и стал укачивать, хотя это не требовалось: Ева спокойно смотрела ему в глаза. Она даже не вздрогнула, когда её взяли чужие руки. – Ваш муж счастливчик.