Семь портретов

Наверняка, за годы жизни вместе с Антоном, он прекрасно запомнил, как часто Рита становилась посмешищем.

Она с улыбкой разглядывала своего сына. Белая отглаженная рубашка, форменный черный жилет, аккуратно зачесанные назад волосы, школьный галстук. Обычно он обедал и ужинал дома, но после этого сразу же отправлялся к другу – у них была небольшая лаборатория, в которой они занимались своими исследованиями, ставили эксперименты и готовились к занятиям. Ей нравилось, как Робби выглядел в форме – он казался таким собранным и строгим, что ей порой сложно было видеть в нем обычного школьника.

Рита часто думала о том, какой путь выберет мальчик, когда повзрослеет.

Антон хотел, чтобы сын начал изучать бизнес и со временем стал работать в его компании, но она всегда думала, что Робби более склонен к науке. Что ж, глядя на то, как стремительно начал меняться мир, наука все же играла большую роль и вполне могла прокормить человека. Автомобили, фотоаппараты, электрические лампы – все это было слишком странным и незнакомым.

Рита до сих пор пользовалась простым масляным светильником в своей комнате и предпочитала отапливаться камином. Хотя, в новом доме камин был всего один – в гостиной, так что приходилось пользоваться небольшой печкой.

– С чего ты взял? – спросила она. – Считаешь, я настолько уродлива, что мое фото можно выставлять на улице для развлечения?

Наверное, ей следовало бы разозлиться – по крайней мере, другая на ее месте поступила бы именно так, но Рита знала, что страх Робби продиктован заботой.

Он не хотел, чтобы кто-то насмехался над ней, и поэтому старался предупредить ее.

– Нет, мама, – строго ответил он.

Какой же он серьезный.

– Хорошо, – все еще улыбаясь, кивнула она. – Но ведь что-то заставляет тебя думать, что он может использовать снимок для забавы?

– Молодые люди… они очень жестоки. Ты просто не знаешь, о чем говорят мои одноклассники, и что они могут сделать.

В классе, где он учился, было сорок мальчиков. Робби был средним по всем параметрам – по росту, по прилежанию и способностям.

Однако она, как и любая другая мать, считала его особенным.

– Он немного старше, чем твои друзья, – сказала она.

– Если ты хочешь сфотографироваться, это твое дело, – устав спорить и оправдываться, вздохнул он. – Я просто хотел, чтобы ты знала.

– Спасибо, Робби, я учту твои слова, – медленно и серьезно сказала она.

Доля здравого смысла в них все же была.

Слова сына заставили ее задуматься.