Не в своей тарелке

Если он не пил ничего крепкого, то каким образом он потерял сознание?

– Я вырубился? – спросил парень, пока домофон гудел в ожидании ответа.

– Да, наверное, не высыпался последние дни, – сказал мужчина.

– А сколько прошло..? – начал Паша, но мать ответила:

– Да? Это ты, Паш? – взволнованно задавала вопрос она.

– Да, это он.

– Паша? – переспросила женщина, сын отозвался.

Домофон приветственно запиликал. Они прошли внутрь. Пока поднимались по лестнице, парень заметил, что уже очень поздно. Всё вокруг казалось странным, но знакомым.

Вот уже и дверь родной квартиры. Отец нажал на звонок, и раздражающий звук раздался за стеной. Шаги, дверь открылась. Женщина посмотрела на сына со слезами на глазах.

– Оболтус ты мой, – заключила в объятия мать, – чего ж ты задержался так?

Обо мне хоть подумал?

Отправив в комнату, она повернулась к приведшему её сына.

– Спасибо Вам огромное.

– Да не за что благодарить, да и «выкать» не нужно, Мартушка, – он неловко улыбнулся.

Марта замерла.

– С?ма? – спросила Марта, но тут же осеклась, – Не знаю, что ты тут делаешь, но не приближайся к моему ребёнку. – Нашему, милая, – поправил её мужчина.

– Нет, моему, – сквозь зубы ответила она, – Для него ты не сделал ничего. Как сквозь землю пропавился, и тут воскрес. Думаешь, что всё, так просто? Что Паша сразу на шею бросится?

– Марта, позволь объясниться, – удручённо попросил он.

– Что ты хочешь объяснить? – женщина с каждым словом говорила всё тише, но с такой злобой, что негромкость голоса только добавляла мурашек на спине у Семёна, – Что та девка сама кинулась на тебя? Или может тебя заставили бросить меня с ребенком на руках? О, а может скажешь, что и машину водить не умеет?

– Марта, прошу, послушай, – взмолился Семён, – Я виноват лишь в том, что побоялся.

– Чего ты побоялся? Ответственности? Ребёнка? Меня? – спрашивала женщина.

– Твоего отца, Марта, – сдавленно проговорил он.

– Что тебе сделал мой отец? Да и что он мог сделать? – вновь задавала вопросы.

– Прошу, дай мне минуту объясниться, – уже умолял Семён, – Он угрожал мне, понимаешь? Говорил, что если я не исчезну из твоей жизни по доброй воле, то всё произойдет с его молчаливого согласия.

Марта пронзительно смотрела в глаза. Звонкая пощёчина, – и дверь была заперта прямо перед носом мужчины. Он продолжал стоять в ожидании чуда. Закрылась на защёлку и, прижавшись к двери спиной, сползла вниз.