Курмахама

Даже тебя пустиль, когда тебе надо было, – в свою очередь заорал мастер, – и что-то зло добавил на неизвестном Елене языке.

– Что мне делать? У меня муж болеет, срочно позвонить ему нужно, а я номер не помню! – из глаз Елены вновь полились слёзы.

– Ладна, – ремонтник неожиданно прекратил кричать и заговорил обычным тоном, – дай телефон сюда. Контакты восстановить могу. Номер скажу. Звони с моего телефона. Бесплатно.

Елене не оставалось иного выхода как подчиниться. Слишком велика была её тревога за Генека.

Когда мастер протянул ей собственный замызганный мобильник и клочок бумаги с каракулями цифр, она вцепилась в аппарат как утопающий хватается за спасательный круг.

– Алло, кто это? – после десятого гудка, когда Елена уже начала терять терпение, прозвучал в трубке родной голос.

– Милый, – затараторила Елена, опасаясь, как бы Генек, не любивший отвечать на звонки с неизвестных номеров, не отключился бы, не дослушав, – это я. У меня телефон испортился. Утонул, в общем. Ты мне не звони, мой телефон сдох окончательно.

Я его в воду уронила.

– И ты его, конечно, сразу включила, своего утопленника? – саркастически поинтересовался Генек в трубке.

– Ну, да, – откликнулась Елена, – ты же мне должен был звонить. Я волновалась…

– Поздравляю! – на другом конце линии связи Геннадий даже и не скрывал свой сарказм, – теперь мы ещё и без связи.

И он тотчас отключился.

Елена на нетвёрдых ногах потащилась в офис. Она немного успокоилась по поводу своего мужа, но одновременно внутри неё нарастала тревога, связанная с работой.

«Этот Гореньков точно не успокоится, пока не добьёт меня. Вот увидит сейчас главбуха, грязного и с порванными штанами, и совсем уважать перестанет», – копошились в мозгу невесёлые мысли.

Зайти в таком виде в бухгалтерию она не могла, поэтому осторожно пробралась в приёмную директора и жестами вызвала секретаря Свету в коридор.

– Светочка, милая, помоги. Мне надо срочно привести себя в порядок, – прошелестела Елена трагическим шёпотом.

Света ахнула и с энтузиазмом бросилась помогать несчастному главбуху. Секретарь достала из стола ключи и открыла пустой и гулкий актовый зал, притащила нормальные нитки и ножницы, влажные салфетки и горячий чай в дымящейся кружке. Минут через пятнадцать Елена снова ощутила себя нормальным человеком, даже настроение поднялось. Следы уличного происшествия были, если не ликвидированы окончательно, то по крайней мере незаметны внешне.