Реальная жизнь

Незнакомка была босиком, завёрнута в полотенце, а с её длинных чёрных волос стекала вода.

– Тебе какое дело? – огрызнулся Лёнька. – Иди, куда шла!

– Девочку отпусти, – процедила брюнетка.

– А то чё? – дерзко вклинился в разговор Сидоров.

– А то вот чё!

Девушка подхватила с земли увесистую корягу и, замахнувшись, быстрым шагом направилась в сторону мальчишек. Её взгляд метал молнии – даже Лиза боязливо зажмурилась.

– Чокнутая, что ли? – испугались и Лёня с Пашкой.

– Да! Валите отсюда! – выкрикнула брюнетка и, находясь уже в паре метров от Соболева, резким движением разрезала корягой воздух перед собой, всем своим видом показывая: в следующий раз удар будет нанесён прицельно.

– Пойдём. Слышь?.. – буркнул Паша, стараясь держать ровный тон. – Нафиг с этой больной связываться.

– Ещё увидимся, Чувырла! – процедил сквозь зубы Лёня, вслед за другом направляясь обратно в сторону леса.

Брюнетка подхватила с земли камень и швырнула его в Соболева. Камень попал в плечо: не больно, но крайне неприятно.

– Придурочная! – огрызнулся Лёнька, но возвращаться и связываться с этой странной девчонкой побоялся.

– Поговори мне тут ещё! Свалили! Быстро! – рявкнула она в ответ.

Отбросив корягу, брюнетка поправила сползающее полотенце и протянула руку свернувшейся в клубок Лизоньке. С небольшой опаской девочка протянула руку в ответ.

– Чего они к тебе привязались? – миролюбивым тоном поинтересовалась добрая самаритянка, пока Лиза отряхивала платье.

– Не знаю, – пожала плечами девочка. – Просто я им не нравлюсь.

– Часто обижают?

– Сто раз на дню. Вчера в унитаз головой макали, сегодня лягушку заставляли целовать… – Лизонька испытала острое желание кому-нибудь пожаловаться.

– Дебилы, – скривилась девушка. – И ты тоже хороша! Почему не сопротивляешься? Треснула бы пару раз по носу или по зубам, и всё!

– Так их много, а я одна…

– Много – это сколько?

– Человек семь.

– Так там ещё и девчонки есть?

– Ага…

– А чего вожатым не говоришь об этом?

– Говорила. Но они верят не мне, а ребятам: будто бы я всё про них сочиняю и не умею дружить.

– Совсем вожаки малышню распустили! – Миловидное личико брюнетки вновь помрачнело.