Пёстрые истории о школе и не только…

Многие пришли с детьми. Представление началось. Знала ли я, что окажусь в самом центре (спасибо Петечке!) выступления!

На сцене появился гипнотизёр. Я думала, что это будет высокий, представительный мужчина с пронизывающим взглядом тёмных глаз, а им оказался светловолосый человек среднего роста с водянисто-серыми глазами. Не впечатлил внешне, но какое было представление! Незабываемое!

– Кто хочет принять участие в представлении, поднимите руки над головой и сцепите пальцы, – сказал гипнотизёр. Почти половина зала выполнила команду.

Поднял руки и наш Петя.

– А теперь разожмите пальцы, – продолжал командовать гипнотизёр. – Кто не сможет разжать пальцы, идите на сцену!

Треть зала повалила на сцену, на ходу пытаясь разорвать сцепленные руки. К счастью для нас, Петины руки разжались, и он с завистью провожал глазами идущих с поднятыми руками, чуть смущённых и немного напуганных зрителей. На сцене набилось человек сто мужчин и женщин с высоко поднятыми руками. Гипнотизёр подходил к каждому, прикасался к замкам из рук, руки разжимались, и освобождённые, разминая руки, довольные бежали на свои места.

Когда на сцене осталось десять человек, гипнотизёр сказал, что он поможет им освободить руки, но за это они сыграют всем «Калинку».

– Вы будете дирижёром оркестра, – сказал он, тронув руки одного мужчины, и тот послушно стал рядом.

– А вы будете играть на баяне, – повернулся он к другому, делая вид, что передаёт ему баян. Под смех зала мужчина «взял» баян, просунул руки в воображаемые лямки и пошевелил пальцами, как бы нажимая на кнопки.

– А это у нас будут три балалаечника, эти две женщины сыграют на мандолинах, вы – на контрабасе, а вы будете пианисткой, ну а вы – ударник. Приготовились. Припев «Калинка». Начали!

Что тут началось! Петька радовался, что не попал на сцену. Пропустил бы такой концерт! Дирижёр стоял лицом к своему оркестру и размахивал руками в такт песни. Баянист, притоптывая, разворачивал и сворачивал меха «баяна». Пальцы его летали вверх – вниз! Балалаечники ударяли кистями рук по невидимым струнам, не сбиваясь с темпа.

Две женщины, игравшие на «мандолинах», держа в пальцах воображаемые медиаторы, дополняли мелодию. Раскачиваясь в такт музыки, нажимала на клавиши пианистка. А что вытворял ударник! А как важно стоял контрабасист, пальчиком оттягивая струну!

Это всё длилось не больше пяти минут. Весь зал мысленно пел «Калинку» под аккомпанемент оркестра, подчиняясь дирижёру.