Первые чувства

– Я потерплю, – буркнул в ответ Миша, а Старостина в это время скромно отвела взгляд, стараясь не смотреть на разъярённого физрука.

Однако если бы кто-нибудь сейчас посмотрел в её светло-зелёные глаза, то заметил бы там не смущение, а задор. Ей понравилась реакция учителя. Она ещё и сама не поняла чем, но чувствовала, что его забота доставляет какое-то непередаваемое ощущение. Лена вспомнила свои утренние мысли о «свидании» со Свердловым. Сейчас, как никогда, захотелось, чтобы переезд быстрее закончился, и тогда бы она обязательно позвала Владимира Николаевича в спортзал, чтобы разгрузиться после тяжёлого дня и покидать мячик.

Только вдвоём.

И вот активные помощники-грузчики, наконец, двинулись с диваном к лифту. Лена облегчённо вздохнула, прикрыв за ними дверь. В ожидании их возвращения решила подготовить всё к чаепитию, чтобы хоть как-то отблагодарить одноклассников и учителя.

Пока девушка кипятила воду, заваривала чай и доставала из буфета печенье и конфеты, красиво раскладывая их по вазочкам, «тимуровцы» вернулись.

Предложение посидеть за «самоваром» и немножко отдохнуть перед тем, как разойтись по домам, было воспринято всеми на «ура». Лена только на секунду отвернулась к плите, на которой стоял пузатый чайник, как обессиленные помощники дружно свалились на табуретки.

И вот уже бодрящий напиток задымился в каждой кружке, и Ленины джентльмены, забыв обо всём, наслаждались чаепитием. Довольная Старостина безотрывно смотрела на них, немного посмеиваясь над тем, насколько сейчас каждый из помощников был комично похож друг на друга.

Лена подошла совсем близко к столу, чтобы проверить всем ли хватает вкусняшек, и тут до одноклассников и Свердлова одновременно дошло, что девушка осталась без места. Моментально кавалеры вскочили с табуреток. Однако такая резвость движений привела к тому, что Семёнов неуклюже покачнулся и случайно толкнул Старостину. Девушка, не удержав равновесия, практически упала на Владимира Николаевича, который под её напором приземлился обратно на табуретку.

По инерции Лена оказалась сидящей на коленях преподавателя, который крепко обхватил её за талию.

– Ну, вот! Теперь всем место нашлось, – еле сдерживая смех, хмыкнул Семёнов.

Старостина, смутившись, тут же подскочила на ноги. Физрук, поддерживая её порыв, тоже встал и в добровольно-принудительном порядке, схватив девушку за плечи, усадил Лену на табуретку.