Одиссея

На тебя я смотрю с изумленьем:

С ним и речами ты сходен, и кто бы подумал, чтоб было

Юноше можно настолько с ним сходствовать умною речью!

Мы никогда с Одиссеем божественным ни на совете,

Ни на собраньи народном различного не были мненья.

С единодушием полным и в мыслях и в добрых советах

Мы лишь того домогались, что было ахейцам полезней.

После того же как взяли мы город высокий Приама

(В море ушли на судах, и бог раскидал всех ахейцев),

Бедственный в сердце своем замыслил возврат аргивянам

Зевс-промыслитель за то, что не все они были разумны

И справедливы.

Гибельный гнев возбудив Совоокой, Могучеотцовной.

Жаркую распрю она разожгла меж сынами Атрея.

Всех аргивян на собранье народное оба созвали, –

Не по обычаю, глупо, когда уже солнце садилось.

И собралися ахейцы, вином отягченные, к месту.

Начали те говорить, для чего на собранье созвали.

Требовал царь Менелай, чтобы вспомнили тотчас ахейцы

О возвращеньи домой по хребту широчайшего моря.

Но Агамемнону это не по сердцу было, хотел он

Весь народ задержать и святые свершить гекатомбы,

Чтоб исцелить у Афины рассерженной гнев ее страшный.

Глупый! Не знал он того, что ее уж склонить не удастся:

Вечные боги не так-то легко изменяют решенья!

Так они оба стояли, один обращаясь к другому

С речью обидной. Ахейцы красивопоножные с места

С криком ужасным вскочили, на два разделившися мненья.

Ночь провели мы, питая враждебные друг против друга

Чувства: уже нам готовил великие беды Кронион.

Утром одни совлекли корабли на священное море,

В них нагрузивши богатства и жен, подпоясанных низко.

А половина народа, отплыть не желая, осталась

С сыном Атрея, царем Агамемноном, пастырем войска.

Мы, половина другая, отплыли. Помчалися быстро:

Бог перед нами разгладил глубоко-пучинное море.

Скоро пришли в Тенедос. Порываясь всем сердцем в отчизну,

Жертву богам принесли.

Зевс непреклонный; вторично вражду он разжег между нами.

Кто с Одиссеем-владыкою был, многоумным и хитрым,

Те на двухвостых судах, повернувши обратно, поплыли

И к Агамемнону снова вернулись, ему угождая.

Я же со всеми своими судами вперед устремился,

Видя, что нам божество великие беды готовит.

Храбрый отплыл и Тидид и товарищей к бегству подвигнул.

Несколько позже к нам также пристал Менелай русокудрый.