Ариэль

Только Шарад с раскрасневшимся лицом и блестящими глазами смеялся и хлопал себя по коленям. Какой переполох произвел его друг! Сам Ариэль был смущен, видя растерянность девушки и изумление старика.

– Простите, я, кажется, напугал вас, – сказал он.

– Свет мой, ласкающий глаза! Свет, услаждающий сердце! Полна твоя радость во мне! О господин Есех небес! Ты сделал меня участником твоей славы! О Вишну, воплощавшийся в Раму и Кришну! Не твое ли десятое воплощение удостоились видеть глаза мои, не видевшие радости жизни? – И Низмат, стоя на коленях, протянул Ариэлю руки.

– Я… Нет, нет, Низмат-бабу, я не Вишну! Я простой смертный человек, такой же, как и ты. Я умею только летать. Меня сделали таким без моей воли. Ты же знаешь, что люди летают на аэропланах, и ты не считаешь их богами. Летают и мухи, и стрекозы, и птицы…

Но Ариэль видел, что старик не верит ему, не верит потому, что не хочет отказаться от своей радости видеть божество. Быть может, и не нужно отнимать у старика эту радость.

– Ну, хорошо! Считай меня за кого хочешь, но относись ко мне, как к простому человеку. Я приказываю тебе это! Садись рядом и ешь со мной. Пусть ест и Лолита. И расскажи мне, как ты живешь.

– Да будет воля твоя! – ответил старик. – Садись, Лолита, – приказал он внучке. – Ешь, и да возвеселится сердце твое!

И Низмат начал рассказывать о себе.

Он принадлежал к последним из париев. Двери храмов были закрыты для него. Он не мог брать воду из общественных колодцев. Должен был сходить с дороги, хотя бы в грязь и болото, на много шагов при встрече с людьми высшей касты или высшей ступени своей касты, чтобы не осквернить их своим дыханием, даже взглядом.

Он всю жизнь голодал со своей семьей. Его старший сын, радость очей его и утешение старости, заболел, когда ему исполнилось двадцать лет. Жена позвала знахаря, и колдун всю ночь прижигал больного раскаленным железом и читал заклинания. Но злой дух, вселившийся в сына, был сильнее, и к утру сын умер. Такова воля бога. От холеры, лихорадок, голода умерли жена, второй сын, его жена и дети. Осталась одна внучка – Лолита. Умер и ее муж.

– Лолита вдова? – с удивлением спросил Ариэль. – Сколько же ей лет?

– Скоро будет пятнадцать. Она вдовеет уже три года.

– Но почему же Лолита не носит беловдовьей одежды? Почему не сняты ее волосы? Почему на ней стеклянные запястья? Почему родственники мужа не разбили их? – спросил Шарад, который больше Ариэля знал обычаи страны.