Ариэль

Если бы я удовлетворил ваше требование и указал адрес Аврелия, мой компаньон мог бы обидеться, считая, что вы не доверяете ему, – о себе я не говорю, – если хотите убедиться, в каких условиях находится ваш брат…

– Мне совершенно безразлично, обидится или не обидится ваш компаньон. Я сестра и имею право знать все о своем брате и видеть его, – возразила Джейн.

– Совершенно так же думаю и я, – примирительно сказал Боден. И, помолчав, воскликнул: – Послушайте, Джейн! Мне очень тяжело, что между нами происходят недоразумения.

– Кто же в этом виноват, мистер Боден?

– Если мы скрывали до сих пор от вас местопребывание вашего брата, то делали это только по настоянию врачей, которые находят, что ваше свидание с братом могло бы вредно отозваться на его здоровье. Для него опасны всякие волнения, даже радостные.

– Я не верю вам.

Боден вздохнул с видом человека, которого незаслуженно оскорбляют.

– Поймите же, что исполнить ваш каприз…

– Каприз? Желание сестры узнать о судьбе своего брата вы называете капризом?

– Но, выполняя ваше желание, я могу причинить вред Аврелию, за которого отвечаю как опекун.

Отказывая же вам, возбуждаю ваш гнев и ваши подозрения. От этого страдают доброе имя, честь и гордость нашей компании. Пусть же будет по-вашему. Вы уже совершеннолетняя, и вы сестра Аврелия. Вы можете отвечать за свои поступки. Я укажу вам, где находится Аврелий, но с одним условием. Если вы поедете к нему, я должен буду присутствовать при вашем свидании. К этому меня обязывает мой долг опекуна.

Джейн не хотелось ехать с Боденом, но его предложение упрощало дело: с ним легче и скорее найти брата, и она не возражала.

– Поскольку же эта поездка, – продолжал Боден, – сопряжена с потерей времени и расходами, делается же она для выполнения вашего кап… желания…

– Я и оплачу все расходы, – живо ответила Джейн. – Не только ваши, но и расходы мистера Доталлера, который поедет со мной.

Боден поморщился. Опять этот Доталлер! Но опекун знал Джейн: ее не переспоришь.

И он должен был согласиться.

– Заказать билеты на океанский пароход? – спросил он.

– Я закажу сама, и не на пароход. Мы летим на аэроплане.

– Так не терпится? Это будет дорого стоить.

– Мне, а не вам.

Боден подумал. Он побаивался лететь на аэроплане. Но чем скорее они прибудут в Мадрас, тем лучше. О бегстве или «улете» Аврелия он ничего не сказал. Это было слишком необычайно, невероятно. Возможно, что Пирс в самом деле сошел с ума.